И не просто говорить, а действительно поговорит со мной.
Я знаю, что просить об этом невозможно, поскольку он думает, что я предала его, но я также не хочу быть сослана на неопределённый срок в другой конец территории особняка.
Может быть, он никогда не будет удовлетворён, и я состарюсь и поседею в этом скучном хранилище оружия.
Лучше положить этому конец сейчас. Выиграю я или проиграю, по крайней мере, у меня будет надлежащее завершение.
Прошло три дня с тех пор, как он сказал мне либо возвращаться на свой пост, либо оставаться здесь и умирать с голоду.
Я по глупости выбрала последнее, потому что, как я уже упоминала ранее, меня не заставят вернуться в изгнание.
Несмотря на решимость, которая переполняла меня в начале этой миссии, мне трудно справляться с ухудшающимся состоянием моего тела. Я сижу, прислонившись спиной к колонне у входа в особняк, где каждый, кто входит или выходит, может видеть меня.
Я, должно быть, выгляжу жалко, умоляя Босса дать мне шанс, который даже не хочет меня слушать.
Мысль о встрече с Кириллом вызывает у меня мурашки по коже.
Но я предпочла бы испытать этот абсурдный дискомфорт, чем знать, что, вероятно, никогда больше его не увижу.
Пройдёт время, и он полностью вычеркнет меня из своей жизни и продолжит жить так, как будто меня никогда не существовало.
Одна только мысль о такой возможности заставляет меня дрожать от страха. У меня есть иррациональный страх, что он никогда не будет ценить или уважать меня так же сильно, как я его.
Что, я для него, не что иное, как удобная остановка на его пути, которую он всегда должен был покинуть.
И это чертовски пугает меня.
По распоряжению Кирилла, никто не предлагал мне еду, кроме Максима и Юрия, которые пытались подсунуть мне несколько протеиновых батончиков. Карина тоже приносила мне еды и сказала, чтобы я не обращала внимания на её «глупого» брата.
Я покачала головой и отказалась что-либо есть. Если мне суждено умереть с голоду за своё дело, то я это сделаю. Я определённо не буду обманывать систему только потому, что могу.
Я даже ничего не пила, пока Виктор лично не бросил большую бутылку воды рядом со мной два дня назад и ещё одну прошлой ночью.
— Даже не думай о смерти, пока мы все ещё расследуем то, что произошло в России.
Я тоже хотела отказаться от воды, но я мало что могу сделать, если умру на самом деле.
Поэтому я выпила воду и держала бутылку рядом с собой. Если Кирилл и возражал против этого, он не показывал этого и не угрожал вышвырнуть меня с территории.
