Ложь напрокат

– Почему в морге? – совсем развеселилась сестричка. – Ой, не могу! Морг с другого конца. Туда так просто не устроишься. Работы мало, а деньги хорошие. Вот патологоанатом и зашибает. Один раз на стеллаже уснул, а санитарка тетя Дуся свет выключила и дверь закрыла. Ох он и матюгался! А так там хорошо. Особенно в жару. Выходить не хочется… А я работаю в лаборатории. Лаборанткой. Мы там с Любкой, как дети подземелья. – Она прыснула в кулачок. – Зато у нас просторно и вентиляция хорошая. Вы только не говорите, что я вам дверь открыла…"

"На второй этаж вела добротная деревянная лестница с широкими ступеньками, которые даже не скрипели.

Дверь действительно была закрыта, и открывать нам никто не спешил несмотря на то, что я дважды нажала на кнопку звонка. Собралась нажать и в третий, но тут за дверью послышались легкие шаги, звонкий голос сказал: «Не трезвоньте, больных перебудите», – и перед глазами предстала молодая особа в белом форменном одеянии, ожидающая разъяснений по поводу нашего визита. Я, вроде как случайно, толкнула Наташку локтем – она же все-таки «врач-психотерапевт» и прочая, прочая… Ей легче договориться с почти коллегой. Подруга включилась с полоборота.

– Здравствуйте, – с достоинством произнесла она. – Мы из Москвы. Фирма «Электра-плюс».

В лице молодой особы не произошло ровным счетом никакого изменения. Казалось, оно застыло на века.

– Мы проводили у вас монтаж оборудования, и возникли кое-какие дополнительные вопросы. Словом, нам нужна Маргарита Артемьевна.

– Прямо по коридору, десятый кабинет, – объявила врач и, не отпуская ручки двери, шагнула в сторону.

Десятый кабинет имел название «Ординаторская». Дверь была полуоткрыта, и Наташка первая заглянула в помещение.

– Разрешите?

Не дожидаясь ответа, она шагнула внутрь. Следом семенила я. За столом сидела женщина в накрахмаленном халате такого белого цвета, что хотелось зажмурить глаза. Черты лица рассмотреть не удалось – в окно били солнечные лучи, создававшие ореол вокруг головы.

Кроме того, женщина маленькими глоточками пила что-то из керамической лоханки, именуемой, наверное, чашкой, и она загораживала половину лица.

– Чаю хотите? – спросила Маргарита Артемьевна из-под чашки. – С тортом… – продолжила она испытание, поняв, что чаем нас не соблазнишь.

Мы мужественно отказались.

– Ну тогда просто садитесь. Если солнце мешает, можно стулья передвинуть. Я просто люблю, когда солнечно, не хотелось бы шторы закрывать.