Ложь во имя любви

Она с трудом соображала. Она превратилась в робота, в тело-автомат, лишенное разума.

Алекс, не понимая, что делает, глотнула коньяку, и крепкий напиток обжег ей горло. Она закашлялась, но приятная теплота разлилась по телу, принеся некоторое облегчение.

– Чтобы загладить нашу вину, мы готовы возместить моральный ущерб, нанесенный вам, в любом виде, в котором вы потребуете. – Его голос звучал откуда-то издалека, она едва его услышала.

– Мне нужен Патрик, больше ничего. – Ей не потребовалось ни минуты на раздумье.

В ее душе загорелась искра надежды. – Вы же влиятельный человек, отзовите самолет назад.

– Я уже не в силах сделать это. – Он возненавидел себя за эти слова.

Все, что говорил Костос, пролетало мимо сознания Алекс. На какой-то миг у нее возникло чувство, близкое к помешательству, какое случается, когда человека неожиданно смывает волной за борт. Наконец до нее стало доходить, что Патрика больше нет с ней. Его забрали, не потрудившись даже вынудить ее дать согласие на это.

Как она могла поверить этому человеку? Как она могла позволить кому-то увести ребенка? Почему она сразу же не позвонила в полицию?

Неожиданно Алекс разжала руку, не стараясь даже подхватить упавший фужер. Он со звоном упал на пол. Резко пахнущая жидкость разлилась по светлому ковру. Алекс протянула руку к телефону, как утопающий тянется к спасательному кругу.

– Что вы собираетесь делать? – Его голос резко ударил по ее нервам.

Высокая фигура Костоса встала между Алекс и телефоном, не давая ей возможности подойти к нему.

Впервые в жизни она почувствовала, что возненавидела человека. И на какое-то безрассудное мгновение, ослепленная всем происходящим, она страстно захотела, чтобы он исчез из ее жизни раз и навсегда. Из ее с Патриком жизни. Она даже подумала, что способна его убить. Ей стало страшно от этой своей жуткой мысли, и она, сдерживая изо всех сил то, что рвалось из нее, сдавленно крикнула:

– Убирайтесь отсюда!

Он подошел к ней и попытался успокоить, дотронувшись до ее плеча.

Она нашла в себе силы оттолкнуть его. И почти успокоилась. Есть же другой выход.

– Я сейчас же звоню в полицию. Вы нарушили международный закон. Никто не имеет право насильно увозить граждан США.

Он все еще старался ее успокоить:

– Остановитесь, вы не понимаете, что говорите.

Но она уже не могла остановиться.

– Я устрою такой международный скандал, что вы будете не рады тому дню, когда переступили порог моего дома.