Ложь во имя любви

Он взял стакан из ее рук, выпил с удовольствием и, прежде чем отдать назад, сказал: – Спасибо. Вы очень добры.

– Не за что, – тут же ответила Алекс, не сразу сообразив, что он, оказывается, вполне прилично говорит по-английски. – Я рада, что вы говорите на моем языке. Я уже начала учить греческий, но, когда я вас увидела, у меня из головы вылетели все слова. Вам уже лучше? Я рада. Как же вы решились путешествовать один в такую жару? Вас обязательно должен кто-то сопровождать!

– Меня у ворот ждут сопровождающие, – не сразу ответил он, внимательно рассматривая ее.

– Вас должен осмотреть доктор. Сейчас он придет, – уверяла его Алекс, почему-то не желая отпускать старика одного в такую жару.

Алекс сейчас и сама почувствовала, насколько душная погода стоит сегодня.

– Я стольких докторов повидал, – махнул рукой старик. – И мне они уже порядком надоели. И бездельничать, как вы говорите – отдыхать, мне тоже надоело.

– Но вы должны слушаться, а то не поправитесь, – не отставала Алекс.

– Я так понял, что вы очень любите командовать, – усмехнулся необычный гость, и что-то в этой улыбке показалось ей знакомым.

Увидев вдалеке приближающегося врача, Алекс встала, чтобы помахать ему рукой. Затем в одно мгновение она с изумлением ощутила, как все вокруг затягивается серой пеленой и исчезает. Впечатление было подобно тому, какое возникает во время исчезновения картинки на экране испортившегося телевизора, когда постепенно происходит ее угасание. Все, что она услышала в конце, напоминало слабое жужжание.

Внезапно Алекс ощутила что-то прохладное сначала на шее, а потом на голове. Борясь с головокружением, девушка открыла глаза. Она лежала на постели в своей комнате, и на нее сверху вниз смотрел Костос, не скрывая озабоченности на красивом лице.

Увидев, что Алекс уже пришла в себя, он нежно взял ее за руку. Он посмотрел на нее таким расстроенным взглядом, что ей стало не по себе.

– Сейчас тебя осмотрит врач.

Алекс села в кровати, не понимая, из-за чего такой переполох. Она попыталась изобразить улыбку, но это едва походило на солнечный блик в зимнюю пору, чуть промелькнувший на снегу.

– Ведь не случилось ничего особенного. Я сама виновата, не стоило бегать по такой жаре. – Она недоуменно покачала головой.

– Это все из-за отца, этого старого упрямца. Вздумал наносить визиты в такое время дня.