Ложь во имя любви

Затем она, не оглядываясь на соперницу, пошла к выходу из кафе. Произошла битва, и ее не покидало чувство, что она проиграла, разбита в прах.

Она не могла идти быстро. И не могла идти медленно. Она просто шла в одном темпе, как заведенная, пока не закрыла за собой дверь.

По непонятной причине ее глаза наполнились слезами. Противоречивые мысли нахлынули на нее. Она так дрожала, что не могла сосредоточиться, не могла разобраться в своих чувствах. Она снова попыталась справиться с дыханием и успокоиться.

Ей хотелось бежать прочь отсюда или броситься к Костосу и все ему рассказать, поделиться своими горестями в надежде, что он ее поймет.

Ей хотелось открыть ему свое сердце, рассказать, что никого она никогда так не любила, как его. Она могла бы попросить его о помощи и открыто показать, как он был ей необходим.

Ее разрывали сомнения. Может быть, она Костосу и небезразлична, сколько раз она видела это в его глазах. А разве можно забыть ночи, проведенные вдвоем? Но с другой стороны, она могла напридумывать кучу вещей, которые якобы прочитала в его взгляде.

Алекс понимала, что больше не перенесет разочарования или обмана. Никто из тех, кого она любила, не сдержал своих обещаний... Вряд ли и Костос станет исключением.

На лице Алекс появилось отрешенное выражение. Она отчаянно думала, что ей вовсе не хочется избавляться от этого ребенка, братика или сестрички Патрика, ребенка, зачатого от человека, которого она так любит. Она была благодарна Костосу за то, что она испытала, хоть ей и приходится платить за это такую цену.

Алекс снова попыталась подавить приступ тошноты. В городе она отыскала пустую скамейку на рыночной площади и тяжело на нее опустилась. Она невидящим взором смотрела на толпу. Вокруг нее бушевал карнавал красок. Старик жонглировал тремя апельсинами перед небольшой, подбадривающей его толпой, молодой художник рисовал мелом на панели, влюбленные парочки держались за руки и целовались. Алекс всматривалась в кипевшую вокруг жизнь, но ее душа не принимала веселья.

Веселье было для других, но не для нее.

Молодая женщина с ребенком села на скамейку рядом с ней. Алекс закрыла глаза и подставила жгучим лучам солнца свое тело под тонким платьем. Она не могла избавиться от нарастающего сознания, что идет ошибочным путем. Ей начали мешать слезы, набежавшие на глаза, скрытые темными очками. Слезы застилали ей глаза, и ей пришлось высморкать слегка распухший нос.

Непонятный причмокивающий звук привлек ее внимание.