– Что, и я могу прийти? И ты меня там причешешь?
Следователь прищурился так похотливо, что мне захотелось влепить ему пощечину.
– Во-первых, я с вами на «ты» не переходила. Во-вторых, посещение нашего салона довольно дорогое удовольствие. Боюсь, что у вас просто не хватит денег. Если у человека не ухожены волосы на голове, то он вряд ли будет ухаживать за тем, что ниже. В-третьих, моя работа ничем не хуже вашей. Каждый делает свое дело профессионально. И, в-четвертых, я уже предупреждала, чтобы вы задавали вопросы только по существу.
Я пришла сюда не за жизнь с вами толковать, а для того, чтобы дать показания. Будьте добры, задавайте вопросы – у меня нет времени.
– Тем не менее до убийства у вас оно было…
– До убийства я заплатила за это свободное время ровно пятьдесят долларов, – резко ответила я и всем своим видом дала понять следователю, что разговор окончен.
Я вкратце рассказала, что видела, сидя в джакузи, и отвечала на малоприятные вопросы следователя. Я старалась быть спокойной и не показывать жуткую ненависть к совершенно незнакомому, но такому гадкому человеку.
Наверное, такая нелюбовь к милицейской братии возникла у меня с тех самых пор, как однажды какой-то подонок напал на меня в лифте, жестоко избил и отобрал драгоценности. Именно тогда я в первый раз столкнулась с сотрудниками районного отделения милиции.
Я вспоминаю те страшные дни с ужасом, я зализывала окровавленные раны и давала показания, смешивая стоны с громкими рыданиями. Как и полагается в таких случаях, завели уголовное дело, которое не дало никакого результата.
А затем меня вызвали в отделение и под давлением заставили переписать заявление по своему, более выгодному сценарию. Мол, никто меня не избивал и ничего не забирал, я просто поссорилась со своим парнем и никаких претензий ни к кому не имею. Мол, у них и так висяков хватает. Внешне все выглядело вполне благопристойно, только на душе было как-то гадко и муторно.
В то время я чувствовала себя не самым лучшим образом и не стала испытывать свою психику на прочность, сдалась без боя.
Написала под диктовку следователя новое заявление и тем самым поставила жирную точку на своем деле. Так сказать, позаботилась о чести и достоинстве районного отделения, которое, в свою очередь, плевало на честь тех несчастных людей, которые злой волею судьбы попали в лапы преступников.
После этого случая ко мне в дом на чашечку кофе повадился молодой хамоватый оперативник с довольно недвусмысленными предложениями.
