Лозоходец

– Дело твоё, – нахмурился Гриша, – только запомни, все, кто так или иначе, связывались с ним, заканчивали плохо. Будь осторожней. Сдаётся мне, не по своей воле ты с ним связался.

– Не по своей, – вздохнул я.

– Так и думал, – кивнул сосед, – и ещё раз повторю, будь осторожней.

А в столовой стоило Старому увидеть меня, он бросил завтрак, прихватив лишь хлеб, и подошёл к раздаче, где мы ждали своей очереди на баланду.

– Отойдём, – махнул он головой в сторону.

– Погоди, хоть пайку возьму.

– Добро, потом ко мне, – дед ушёл назад к своему столу.

Пашка вопросительно взглянул на меня:

– Всё в порядке, дядь Егор?

– А то, – улыбнулся мальчишке, – в полном.

Они с Васей уже успели получить свои пайки и ждали меня, зажимая в руках по пятьсот грамм хлеба и счастливо улыбались.

– Вы идите, – подтолкнул я Пашку в спину, – не ждите меня.

– Хорошо, – растерялся он.

Вася, видевший наш разговор со Старым, потащил Пашу подальше от стола деда.

Я дождался свою баланду и подошёл к старику.

– Будем в гляделки играть? – не опустил я взгляда, – на работу пора, ждать не станут, да и суп у меня стынет.

Старый ухмыльнулся:

– Ты скажи, что вчера за бой такой был, – начальник обозлился. Я ж ему обещал профессионала, а смотреть пришлось на твои пляски вокруг Петруши.

– Хотите хороший бой, ставьте меня против мужиков, а не с больными детьми.

– Дитё это, как ты говоришь, – осклабился сильнее Старый, – недавно одной рукой человеку шею сломал.

– Может быть, – согласился я, – это не меняет того, что он больной, даже не осознающий толком своих действий. И бить его… Не по совести…

Дед расхохотался мне в лицо злым, каркающим смехом:

– Ты где здесь совесть видел? Когда тебя как скот в вагоне везли или голодом на перегонах морили? Или когда на рудник отправили? Или когда приблуде твоему, заморышу пайку в кусок хлеба назначили? Не за него ли вступился, а? Молись, чтобы начальнику не до тебя было, иначе этот бой может стать последним.

Он отвернулся от меня, придвинув к себе тарелку. Я подхватил свою порцию и выпил её, не присаживаясь за стол, хлеб доел по дороге во двор.

Нас снова погнали к шахте. Разобрав тележки и лопаты, мы двинулись вниз в тёмный зев рудника.