Дайте, мол, Алексей Николаевич, сколько просит, и пойдем быстрее на родину. Яков даже вынул бумажник.
– Молчать! – приструнил своих сыщик. Потом взял хозяина за ворот, оторвал от пола, сильно потряс и сказал с угрозой: – Если ты, скотина, это сделаешь, Цвейберг нас выкупит. Но запомнит, кто именно сдал полиции его людей. Знаешь, что с тобой тогда будет?
– Что? – замер, как в тисках, Дирк.
– Не убьет, не бойся. Просто занесет в черный список. Весь город будет получать профит от оборотов Теодора Оттоновича. А ты один останешься в стороне.
Навсегда.
Поставил пруссака на пол, брезгливо вытер руку о штаны и прикрикнул на Мойшу:
– Вперед, пархатый! Солнце скоро сядет.
Когда лыковский отряд вышел на улицу, действительно уже стемнело. Мойша, как оказалось, приехал на линейке. Клиенты уселись, положили вещи и двинулись к границе. Недашевский прошептал:
– Как только ты не побоялся отказать немцу? Может, зря? Он нас сейчас выдаст с обиды.
Алексей Николаевич так же шепотом ответил товарищу:
– Наоборот, если бы я дал слабину, тогда Дирк точно побежал бы в полицию.
Люди Цвейберга лишнего платить не должны. А вот русские шпионы…
Коридор оказался отлажен выше всех похвал. Хоть обозом проезжай! А может, Теодор Оттонович так и делает? Лыков с товарищами только дивились. Ни постов, ни патрулей… Без особых препятствий, не слезая с линейки, они приехали в Российскую империю. Коллежский советник соскочил на родную землю, перекрестился и сказал:
– Слава богу!
Глава 10
А Филиппова никто не пожалел…
Рискованное приключение закончилось для команды Лыкова благополучно.
Особенно радовался поручик Олтаржевский. История про выпоротого офицера не давала ему покоя.
Переночевав на постоялом дворе, утром троица разделилась. Алексей Николаевич с Марианом Ольгердовичем поехали на еврейской колымаге в Шавли. Там они собирались сесть на поезд из Либавы и через сорок часов прибыть в Петербург. А Недашевский отправился прямиком в Царство Польское. Ему нужно было возвращаться в Германию.
Действительно, поручения правительства коммандер не выполнил.
Однако немцам нечего было ему предъявить. Мак-Алай въехал в страну по своему паспорту. Встречался с Разуваевым? Да, встречался. Чтобы пригласить его на работу в Америку. Что такого? После убийства Филиппова его ассистент германской разведке был не нужен. Ценность Петра Никодимовича как ученого сомнительна, а русские под боком – вдруг спохватятся? Пусть предатель плывет за океан, всем станет только легче.
