Лучшая мама для нового мира!

Затем я услышала осторожный вопрос врача и тоже замерла, стараясь лучше услышать ответ.

- Ты считаешь, она стоит таких усилий? Незнакомка, да и чужая она.

- Эта девочка стоит, Раувсин! Ты бы видел, как она словно дикий Риктуз билась за своего друга, не смотря на последствия. Маленькая, но такая храбрая, и даже со мной до последнего торговалась, чтобы помочь ему. Когда мы поднялись на палубу, Рок выбивал из нее внутренности, а этот доктор Ривз пытался ее закрыть собой. Потом еще и защищал. Она помнит добро и платит тем же, я уверен, такая женщина достойна всех усилий, чтобы сделать ее моей.

Его ответ прервал шокированный выдох Раувсина, который в этот момент разрезал спецкостюм, обнажив полностью израненную спину.

- Что случилось, Раувсин, неужели раны глубже, чем ты думал?

- Нет, коммандер, просто это вы должны увидеть сами, чтобы поверить.

Пока я терзалась вопросами, по поводу того, что вызвало у врача подобную реакцию, как спины коснулись горячие твердые пальцы, скорее всего принадлежащие моему мужу.

Он осторожно убрал в сторону грязные и слипшиеся от крови волосы, а потом громко пораженно выдохнув, медленно прошелся пальцами вдоль позвоночника, словно выписывая узоры. Узоры! И тут у меня словно в мозгу щелкнуло. Мое родовое пятно-тату! Вот что их так поразило и взволновало. Но ведь в наше время тату никого не удивишь, почему эти-то так разволновались. Вслед моим размышлениям раздался восхищенно-ироничный комментарий Раувсина, обращенный к Тарсу.

- Даааа, Ильсур! Теперь дополнительно ко всем твоим неприятностям, связанным со скоропалительным браком, придется доказывать всем, что ты действительно достоин ее.

Подобное сокровище я встречаю впервые. Я вообще не слышал ни разу, чтобы за последние несколько сотен лет встречались подобные женщины. Так что теперь тебе придется поработать над тем, как доказать, что ты мистер-самые-большие-яйца-Кардаля, раз тебе довелось обрести такую дайринэ. Четыре наследника и улучшенный генофонд Кардаля! Ха! Да теперь твой кузен Альвар кер Тарсу, сам съест свой гермошлем, ведь упустил ТАКОЕ СОКРОВИЩЕ!

Я открыла глаза на последней фразе и, повернув голову, уставилась на мужчин, которые в этот момент сверлили друг друга взглядами.

И если врач смотрел на коммандера с насмешливым уважением и восторгом, то взгляд Тарсу на врача был пустым, выдававшем, что тот еще толком не осознал свое непонятное для меня 'счастье'. Потом, не отрывая от моей поясницы левой руки, правой с силой потер лицо.