Прибыла я довольно рано, академия полупустая. Студенты не спешат возвращаться так быстро с каникул. Вот и Стефы с Инградом все еще нет.
Прошла в свою комнату, где, как оказалось, меня ожидает несколько писем. На всех конвертах не указаны ни обратный адрес, ни имена отправителей, что довольно странно. Взяла конверты и отправилась в столовую. Почитаю за завтраком.
По пути мне почти никто не встретился. Так, несколько студентов, и пара преподавалей, одним из которых оказался Неш.
Мы замерли в коридоре в нескольких шагах друг от друга.
Почему-то внутри меня все болезненно сжалось. Вглядываюсь в черты магистра. Прежде холеный самоуверенный куратор, то и дело демонстрирующий всем язвительную ухмылку, куда-то исчез. Передо мной предстал уставший, осунувшийся серьезный мужчина. Нет ни улыбки, ни насмешливой искорки в глазах. Так и тянет спросить у магистра, что у него случилось, но вряд ли Нешу понравится подобная фамильярность.
— Доброе утро, студентка Ветрова, смотрю, вы уже вернулись. Как прошли ваши каникулы? — задал вопрос Неш, очень внимательно меня рассматривая.
Позволила себе сдержанную улыбку.
— Доброе, магистр. Спасибо, неплохо. Правда, половину из них не помню. Может, вы мне расскажите, как прошла первая часть?
— Когда-нибудь расскажу, — ответил мужчина, и пошел дальше своей дорогой.
Я недоуменно фыркнула. Похоже, претензий ко мне за плохую работу никто предъявлять не будет. Уже радует.
В столовой села в дальний угол за одиночный столик. Утолив голод, достала письма, и, неспешно потягивая чай, приступила к чтению.
Первые пять писем были от неизвестного человека, представившегося моим другом из того отрезка времени, что я не должна помнить. Этот человек написал, что представиться не может, поскольку, эту информацию я знать не должна, и что к нему можно обращаться как к Шону. Так вот, Шон пишет, что у него все хорошо, что скучает по мне, и надеется на встречу. Рассказывает, как у него дела, но стараясь не упоминать никаких имен и мест. Например, что встречается с одной девушкой, которую пытается сейчас увести другой кавалер, из-за чего между соперниками недавно состоялись разборки.
Соперник был наказан. Шон пишет обо всем так забавно, что, читая его письма, я то и дело смеюсь и фыркаю. На душе становится очень тепло. С каждым письмом мой анонимный друг становится все тревожнее. Спрашивает, почему я не отвечаю, все ли в порядке, нужно ли чем помочь. Ответ просит присылать на адрес главной почты какого-то неизвестного мне города.
