Лучше подавать холодным

Он остался лежать на спине с бурно вздымающейся, мокрой от пота грудью, раскинув руки, глядя в расписной потолок.

– Так вот она какая – победа… Знал бы, рискнул бы раньше пуститься на авантюру.

– Не рискнул бы. Ты – герцог проволочек, забыл?

Он посмотрел на свой член, толкнул его в одну сторону, потом в другую.

– Ну, в некоторых делах бывает лучше и не спешить…

Трясучка разжал пальцы – избитые, исцарапанные, стертые до мозолей рукоятью топора, которым он так долго размахивал сегодня. На запястье у нее остались белые следы, медленно начинавшие розоветь.

Стукнули друг о друга красные камушки ожерелья – она повернулась к нему лицом. Перекатилась на спину, отчего выступили острые ключицы и острые бедренные косточки по бокам плоского живота. Поморщилась, растирая запястье.

– Не хотел сделать вам больно, – буркнул он. Что было наглой ложью, но нисколько его не беспокоило.

– О, я не такая уж неженка. И, кстати, можешь звать меня Карлоттой. – Она протянула руку, провела пальчиком по его губам. – Полагаю, для этого мы уже достаточно хорошо знакомы.

Монца поднялась с кровати, подошла, шлепая пятками по холодному мрамору, к письменному столу. Там, возле светильника, лежала хаска и поблескивали полированная трубка и нож. Она уселась рядом на стул. Вчера ее трясущиеся руки сами потянулись бы к ним. Сегодня же зов хаски, невзирая на боль от множества свежих ран и ушибов, не был и вполовину так мучителен.

– Не думала на самом деле, что мне это удастся, – пробормотала она.

– Победить Орсо. Думала, до троих еще доберусь. Ну, до четверых, возможно, прежде чем меня убьют. Не думала, что проживу так долго. Не думала, что и впрямь смогу это сделать.

– А сейчас всякий скажет, что перевес на твоей стороне. Вот как быстро может возродиться надежда.

Герцог в царственной позе остановился перед зеркалом, высоким, в раме из разноцветных цветочков виссеринского стекла. Монце, глядя сейчас на Рогонта, почти не верилось, что и сама она была когда-то так же тщеславна. Сидела у зеркала, прихорашиваясь часами. Тратила вместе с Бенной на одежду целые состояния… Падение с горы, шрамы, изувеченная рука и шесть месяцев, которые она прожила, как идущий по следу охотничий пес, похоже, ее от этого исцелили.