Лучше подавать холодным

Она не лгала, насколько мог судить Трясучка, просто ловко поворачивала правду в ту сторону, которая была ей выгодна. – Да и трудно порой бывает отличить друга от врага.

– Что правда, то правда. – И этого могла бы не говорить.

– Думаю, там, откуда ты приехал, верность считается благородным качеством. А здесь, в Стирии, человек вынужден подчиняться обстоятельствам. – Верилось с трудом, что человек, улыбающийся так сладко, может таить за душою что-то темное. Но ему сейчас все казалось темным. У всех и вся внутри припрятан был нож.

 – Например, твой друг и мой, генерал Меркатто и великий герцог Рогонт. – Взгляд обоих глаз Карлотты сосредоточился на его единственном глазе. – Интересно, где они сейчас, что поделывают?

– К черту! – рявкнул он с такой яростью, что она отпрянула. Испугалась, как бы не стукнул головой о стену.

Что ему и хотелось сделать. Или треснуться собственной. Но лицо Карлотты тут же разгладилось, и она улыбнулась, словно необузданная ярость нравилась ей в мужчинах больше всего.

– Змея Талина и Червяк Осприи.

Они подходят друг другу, эта вероломная парочка. Величайший лжец Стирии и величайший убийца. – Она нежно провела пальцем по шраму у него на груди. – Что будет, когда она доведет свою месть до конца? Когда Рогонт ее возвысит и сделает своей марионеткой в Талине? Найдется ли место для тебя, когда кончатся Кровавые Годы? Кончится война?

– Для меня нигде нет места без войны. В этом я уже убедился.

– Тогда мне страшно за тебя.

– Счастлив, что ты прикроешь мне спину.

– Хотелось бы мне сделать больше.

Но тебе известно, как решает свои проблемы Палач Каприле. И герцог Рогонт не питает большого уважения к честным людям…

– Я не питаю ничего, кроме глубочайшего уважения, к честным людям, но сражаться голым до пояса? Это так… – Рогонт скорчил гримасу, словно вместо вина хлебнул молока, – …банально. Уж этого ты от меня не дождешься.

– Как смеешь ты, женщина… я – возродившийся Столикус! Ты знаешь, кого я имею в виду. Твоего северного приятеля с… – он провел рукой по левой половине лица, – …глазом.

Верней, с отсутствием оного.

– Ревность, уже? – пробормотала она, ощутив тошноту при одном напоминании.

– Отчасти. Но что меня беспокоит, так это его ревность. Он – человек, склонный к насилию.

– Потому-то я его и наняла.

– Возможно, настало время уволить. Бешеные псы чаще кусают своих хозяев, чем их врагов.

– А еще чаще – их возлюбленных.

Рогонт нервно прочистил горло.

– Нам это ни к чему, конечно. Он основательно к тебе прилепился.