Нет, таких огромных собак Настя боялась, в городе, завидев их издали, обходила стороной. Но в данном конкретном случае страх перекрыла элементарная жадность. С какой стати она должна отдавать свою колбасу прожорливому животному?! Ей и самой очень хочется есть. А что подумает Селезнев, когда она вернется и отпилит от батона еще один шмат? Надежды на то, что профессор докторскую колбасу терпеть не может, никакой. Зачем-то он же ее купил и привез на дачу. Не для собак же! Для нее и Маринки. Для нее!
– Ату, ату, кыш, пошла отсюда, – попыталась отмахнуться Настя свободной рукой.
Но собака на эту руку никакого внимания не обращала, она неотрывно следила за той, которая крепко держала бутерброд.
Когда из ее пасти потекла слюна, Настя поняла, что чем-то придется жертвовать. Кричать бесполезно – пока кто-нибудь услышит и прибежит, собака сожрет ее вместе с колбасой. Какой бесславный конец! Вся личная жизнь пробежала перед глазами. Настя поморщилась, как ее мало, этой личной жизни, перед смертью даже вспомнить нечего.
– На, держи, грязное животное! – тоскливо крикнула Настя и бросила собаке хлеб.
Та проводила летящий кусок с редкостным безразличием закормленной твари и снова уставилась на колбасу. Настя вздохнула: обмануть собаку не удалось. Придется жертвовать самым дорогим, что у нее осталось. Она быстро поднесла колбасу ко рту, откусила, сколько смогла туда поместить, а остаток докторской, надо сказать, больший остаток, забросила подальше. Собака стремительно сорвалась с места и исчезла в кустах.
– И совсем она не грязная, – заявил появившийся внезапно Гурин. – Я ее только что помыл под шлангом. Естественно, без всяких шампуней, у нее на них аллергия. К тому же на черном окрасе грязь не видна. Но я ее мою регулярно, она любит летом купаться…
– Угу, – произнесла жующая Настя. Не выплевывать же вкусную колбасу обратно! И чего привязался?
– А вы, по всей видимости, гостья Эммануила Виторгановича? Очень приятно познакомиться! Я Артем Гурин.
Мне кажется, что мы с вами уже где-то встречались. Вы случайно не стоматолог? У меня почему-то от вашего присутствия двоякое ощущение. Нет?
Настя отрицательно покачала головой, стараясь жевать как можно быстрее. Но как быстро жевать битком набитым ртом! Тем более это не ее любимая ливерка, а всего лишь докторская колбаса.
– Я не запоминаю лица стоматологов, – признался Гурин. – После того как мне говорят: «Откройте рот», я закрываю глаза.
