И стоял перед ней, требуя положительного ответа. Она его дала.
Обрадованный Артем предложил ей не оттягивать момент прогулки и побежал искать свободную лодку, крикнув, что будет ждать Настю на берегу. Как только он скрылся с горизонта, она побежала наверх переодеваться. Хорошо, что они с Мариной догадались взять купальники. Возможно, у Насти будет несколько минут для солнечных ванн. Если отбросить глупую стеснительность и просто позагорать в лодке с приятным мужчиной…
Она все-таки признает, что он приятный мужчина. Это прогресс или регресс? Настя беспомощно оглянулась на дверь, Маринка ничем помочь ей не может.
Она слушает про комплексы, чтобы потом в мельчайших подробностях посвятить в них свою подругу. Нет, безусловно, Маринка помогает профессору, и с этим нужно смириться.
– В современном мире комплекс Ромео и Джульетты встречается чрезвычайно редко, – вещал Селезнев из кабинета, мимо которого тихо прошла Настя. – Слишком лояльное отношение к добрачным связям позволило возродиться комплексу Донжуана! Единственная цель донжуанизма – удовлетворение сексуальных потребностей.
Об этом мы сейчас и поговорим…
Настя вздохнула, если после этого у Маринки не выявится какой-нибудь комплекс, она очень удивится. Донжуанизм? Гурин не похож на донжуана, хотя пытается за ней ухаживать. Если Настя задержится, то обязательно найдет в себе массу негатива. Вперед, к реке! Отдыхать так отдыхать. Удовлетворять свои потребности, но не сексуальные, пусть Гурин на это даже не надеется.
Артем тем временем нашел на берегу реки, куда только стали собираться редкие дачники, не закрепленную на цепь с замком лодку и проверил ее надежность.
Река под лодкой искрилась на солнце всеми цветами радуги, что говорило о том, что кто-то из дачников успел помыть здесь свою машину. Артем залез в лодку и поплыл ближе к пирсу, с которого, по его предположению, должна была спуститься к нему Настя. Короткое расстояние деревянная посудина, внешним видом говорящая, что неоднократно побывала в боевых схватках за право держаться на плаву, выдержала.
Настя действительно прибежала на пирс.
То, что она прибежала, а не пришла, очень польстило Гурину. Везение к нему возвращается. Женщины вновь стремятся обратить на себя его внимание. Иначе зачем она так ярко оделась? Вызывающе, легкий сарафан практически ничего не скрывает. Его так и тянет прикоснуться к ее оголенным плечам губами. Но нельзя. Сейчас нельзя, возможно, он поцелует ее позже, когда девушка разморится на солнце и станет более покладистой.
