Роман? Он называет это романом?!
– Ты тогда первые встречи тоже строила из себя скучную примерную девочку. Но стоило раздеть тебя…
– Ты сейчас поедешь на такси.
– И командовала также, – Кирилл не обращает никакого внимания на мой злой тон, ему плевать, хотя он отворачивается к окну, чтобы дать мне чуть выдохнуть и не доставать внимательным проникающим под одежду взглядом. – Хлестко и голосом эталонной стервы. Я не против, Мира, мы можем повторить всё в деталях. Я же говорю, что скучал.
– Я не верю.
– И я чертовски хочу тебя.
Этому веришь?
Шлагбаум, наконец, поднимается, и я выезжаю с территории аэропорта. Я почему-то выдыхаю полной грудью, словно от этого может стать легче. Ведь дело не в месте, а в пассажире. А еще в том, что мне нужно выдержать этот мучительный разговор, чтобы понять, чего он добивается на самом деле.
– Твой муж перестарался, напоминая мне о тебе. Знаешь, это как расчесывать старую рану… Я нашел твой аккаунт, он красивый, но там ни одной откровенной фотографии. Даже в купальнике, – он недовольно качает головой.
– Пришлось доставать наши старые фотки.
– Нет… ты обещал уничтожить их, – я на мгновение прикрываю глаза, чувствуя, как глоток воздуха становится комом в горле и душит меня.
– Я соврал, – ровным голосом сообщает Кирилл. – Они слишком дороги мне.
– Так ты будешь шантажировать? Ты для этого прилетел? И чего ты хочешь?
– Да, я хочу долю в бизнесе Вадима. Процентов девяносто – девяносто пять.
Я резко поворачиваю голову в его сторону и совершенно забываю о дороге.
– И его любимый галстук. У него же есть любимый?
Кирилл смеется, наслаждаясь моей яркой реакцией. А мне хочется ударить его наотмашь по плечу, чтобы сукину сыну стало больно. Но я боюсь дотрагиваться до него, все равно с какой целью, ведь это шажок в его направлении. Он хочет сокращать дистанцию и будет добиваться этого любой ценой. Да и что для его натренированного и выносливого тела моя пощечина?
– Ты слишком долго жила с бизнесменом, – продолжает Кирилл. – Шантаж, подстава… я не играю в такие игры, мне скучно в них.
Всё намного прозаичнее, я смотрел на твои фотографии, а потом представлял тебя, когда трахал других баб.
– Польщена.
– А у тебя остались мои фотографии? Ты ведь любила снимать меня, мы пропадали в студии до поздней ночи. Даже когда не трахались, ты могла часами кружить вокруг меня и искать правильную тень на моем торсе. Помнишь? Ты иногда обводила их языком, словно хотела заострить. И называла меня животным. Сильным молодым животным.
