Лука (СИ)

 — начнём с того, что я хотел объяснить Габи, что наши отношения теперь исключительно рабочие, и если она ещё раз подойдёт к Алисе и скажет ей хотя бы слово, как на вечеринке у Рамазана, я отправлю ее тушку в Чечню для удовлетворения утех всех желающих. Ну и потом, Габи прекрасная переводчица, и мне Нужно было, чтобы она перевела документы.

— этого бы не случилось, если бы ты купил ей телефон. — заметил я. — сам виноват.

На мгновение мне показалось, что Лука потушит сигарету о мою руку.

Его царское величество, Лука чертов Гроссерия решил, что его верный слуга и наложница могут вернуться в Москву, чтобы и дальше тешить его раздутое эго.

Я не разговаривала больше с Захаром ни в самолёте, ни в машине по дороге домой. Не откликалась, ничего не говорила. Его господин даже не встретил нас. У дома ждал совсем юный парень, улыбнувшийся мне, представился как Ник. Хорошенький, только испуганный до чертиков.

Меня привезли к многоэтажному дому элитного закрытого района.

"— ваш телефон, сим карта уже вставлена в него. Ещё вот ноутбук. — парень протянул новенькие коробочки apple. Я проигнорировала его протянутые руки, осматривая квартиру на сороковом этаже, она была двухэтажная.

Видимо Лука решил не наступать дважды на одни и те же грабли.

— Возьмите, пожалуйста. — неуверенно промямлил парень. Он не был похож на обычного слугу Дьявола, его люди были более уверены в себе.

— мне они не нужны. — дернула я плечами. — ты разве не знаешь, что я сексуальная рабыня? Твой господин меня здесь держит насильно, издевается надо мной и делает больно.

Глаза парня округлялись с каждым моим словом, он сглотнул краснея. Определенно он был молодым и новеньким, очень уж слабенький.

— и кстати можешь обращаться ко мне на ты и по имени. Я Алиса. — я решила не шокировать парня ещё больше, подошла к нему и поправила Его сбившиеся волосы.

— простите. — тихо сказал он мне. — я бы хотел Вам помочь…но…

Внутри меня заискрила Надежда, в голове раздался салют. Возможно, спасение пришло в виде этого мальчика?

— так помоги мне. — зашептала я, подходя к нему ближе, целуя в краешек губ, заглядывая в его глаза, непроизвольно облизывая потрескавшиеся губы. — я не могу больше находится с ним под одной крышей.