Лука Витиелло

Я погладил и потянул ее за соски, прежде чем одна из моих рук нашла свой путь к ее розовому бугорку, и я скользнул большим пальцем по нему.

Ария застонала, и я воспользовался моментом, чтобы полностью заполнить ее, застонав от восхитительного ощущения ее киски, давящей на мой таз, от того, как глубоко мой член был погружен в нее.

Ария напряглась с криком.

Я замер, мой взгляд метнулся к ее глазам, пытаясь увидеть, не причинил ли я ей боль.

— Ария. — пробормотал я.

Неуверенная улыбка тронула ее губы.

— Дай мне минутку.

Я провел большими пальцами по ее бедрам и выше, затем снова вниз, не отрывая глаз от лица жены, когда она сделала несколько глубоких вдохов.

Она выдохнула и пошевелила бедрами. Ее движения были неумелыми, и было очевидно, что они еще не принесли ей большого удовольствия, но я сдерживался, ожидая, что она привыкнет к этому положению, даже когда я хотел показать ей, как это может быть удивительно.

Глаза Арии встретились с моими.

— Поможешь мне?

Моя грудь сжалась.

Я держал ее за талию, мои большие руки касались ее упругой задницы. Я помогал ей вращать бедрами, делая небольшие толчки вверх. Я внимательно наблюдал за ней, чтобы увидеть угол, который ей больше всего приносил удовольствия, когда я двигал бедрами с каждым толчком.

Ария была великолепна, и мне нравилось, как она доверяла мне, чтобы это было хорошо для нее, как она доверяла мне, чтобы просить меня о помощи. Она верила, что я сдержусь ради нее, и я это сделал.

Это был не самый лучший секс, который у меня когда-либо был, если считать только физический аспект, но, клянусь Богом, он все равно превзошел все остальное, потому что, заботясь об Арии, подавляя свои собственные потребности, я чувствовал удовлетворение другого рода, которого никогда не чувствовал раньше.

Было бы легко найти высшее наслаждение с Арией, взять больше, чем ее тело было способно дать прямо сейчас. Ария могла отказать мне в нашу первую брачную ночь, но в глубине души я знал, что что-то изменилось, что теперь она уступит моим требованиям, независимо от того, что я попрошу, и именно поэтому я буду вдвое осторожнее, чтобы удовлетворить ее собственные потребности.

И когда Ария, наконец, легла на меня, ее тело расслабилось от удовольствия, ее белокурые пряди волочились, как шелк по спине, а мое собственное тело напряглось с освобождением, я задался вопросом, как я наслаждался бессмысленным трахом, безразличным поиском удовольствия в прошлом.