Лука Витиелло

Я решил пока не обращать на это внимания, потому что у меня было чувство, что она будет все ещё девственницей через год, если я буду ждать, пока она полностью не расслабится в моем обществе.

Я притянул ее к кровати, сел и поставил ее между ног. Я поцеловал ее, наслаждаясь вкусом, тому, как она приспосабливалась к моим требованиям.

Я позволил себе откинуться назад и потянул ее за собой, мой поцелуй стал более грубым, более требовательным. Ощущение тела Арии на моем пробудило мой член.

Я провел по ее талии, грудной клетке и обхватил ее грудь.

Эта одежда должна была исчезнуть. Мне нужно было почувствовать ее кожу. Ее тепло, ее запах были для меня как наркотик. Я поцеловал ее в шею и ухо.

— Мне никогда не хотелось трахнуть девушку так сильно, как сейчас тебя, — прохрипел я.

Ария напряглась и отвернулась, когда я снова попытался поцеловать ее. Она постаралась сесть. На мгновение я задумался, не обнять ли ее крепче, но потом отпустил, смущенный переменой в ее настроении. Она была поглощена нашим поцелуем.

Держу пари, она стала мокрой от моих прикосновений. Почему она отступила?

— Я не хочу этого, — сказала она с явным отвращением, и выражение ее лица заставило меня почувствовать себя моим гребаным отцом."

"Гнев захлестнул меня. Если она думает, что это была чертова игра, ей лучше подумать еще раз.

Она соскользнула с меня и забралась под одеяло. Я не мог в это поверить. Мне никогда не отказывала девушка, тем более дважды, и уж точно не моя собственная черт возьми жена.

Подавив разочарование, я выключил свет.

Из меня не сделают дурака. Если Ария не собиралась превращать это в настоящий брак, то так тому и быть. Я никогда не хотел жениться, и если она предпочитала держаться на расстоянии, я мог найти развлечение себе сам. Мне не нужен был этот брак, чтобы все сработало, как надо. Во всяком случае, это было только для вида.

Я подождал, пока она уснет, прежде чем выскользнуть из постели. Было неуважительно уйти, пока она не заснула. Это был молчаливый кодекс чести, что мужья старались держать эту часть подальше от своих жен, даже если их жены предпочитали, чтобы они искали других девушек.

Прежде чем спуститься вниз, я схватил мобильник и кое-какую одежду. Выражение лица Арии, полное отвращение и беспокойство, продолжало мелькать в моей голове, заставляя меня чувствовать себя, как мой отец. Это было последнее, кем я хотел быть.

Мои дни поиска девушек в клубах закончились, и я не мог рисковать, что пресса поймает меня.