Лукавый Морок

Долгов видел, как Нев стиснул зубы, пытаясь принять тяжелое для себя решение: рассказать об их стычке или нет? Облегчать ему задачу он не собирался: если Нев хочет поставить под сомнение его слова, уличить в возможной лжи или неадекватности, пусть признается перед всеми в том, что напал на коллегу и угрожал ему физической расправой из ревности. Или живет с тем, что скрыл это от остальных. Самому Долгову рассказывать об этом сейчас не было никакого резона: он-то знал, что произошло в той комнате, а информация о стычке действительно могла вызвать у коллег сомнения.

Несколько томительно долгих секунд Нев прожигал Долгова взглядом, потом перевел его на удивленную и настороженную Лилю, и… промолчал, продолжив нервное мельтешение по комнате.

– Ладно, давай дальше, – поторопил Дементьев, то ли не заметив их переглядывания, то ли просто не придав им значения. – Ты услышал стук, Лиля его не услышала, вы разделились. Что было дальше?

– Мне показалось, что я увидел движение в дальней комнате. Пошел проверить.

В той комнате, вероятно, кого-то убили, судя по кровавым следам на кровати…

– Да, их мы все видели, когда пришли на зов Лилии, – вставила Ольга, чтобы Долгов не углубился в описания.

– Хорошо… Так вот… В комнате никого не оказалось. Я предположил, что кто-то мог спрятаться в шкафу, он там встроенный. И оттуда действительно начали доноситься крики и стук, как будто кто-то был там заперт. Она кричала: «Пусти меня, пусти!»

– Она? – переспросил Дементьев. – Голос был женским?

Долгов не услышал вопроса, погрузившись в воспоминания, которые путались с другими, куда более страшными.

Затылок заломило сильнее, пришлось наклониться вперед, прикрыть глаза и сдавить голову руками, иначе ее грозило разорвать изнутри. Пульс стучал в висках, и каждый его удар был похож на удар маленького молоточка по черепу.

– Кость, ты в порядке? – позвал голос Дементьева сквозь заложившие уши вату.

Но вернуться в реальность удалось только тогда, когда старший следователь сжал его плечо.

– А? Да… – Долгов тряхнул головой, прогоняя наваждение. – Да, голос был женский. Я открыл дверцу шкафа и… На меня словно что-то кинулось. Вцепилось в горло, сдавило, а когда я упал – село на грудь…

– А вас при этом случайно не парализовало? – тихонько поинтересовалась Ольга.

– Что? – не понял Долгов. Ему с трудом удалось сфокусировать на ней взгляд.

– Вы могли шевелиться, пытались скинуть то, что на вас набросилось? – уточнила свой вопрос Ольга.