Лукоморские царства

А тетерка-то, представьте себе, такая затейница оказалась. Вела-вела царевича, да и вывела на деревушку. А там крики, вопли, и главное, вопли-то до боли знакомые, до дрожи, прямо скажем! Царевич, не будь дурак, про охоту сразу позабыл, да и отправился уточнить, а что это его женушка любимая делает. Да и наслушался и про себя-дурня, и про сказочницу, которую Елена захватить хотела, про Волка, к которому он сам совсем неплохо относится. Да про этого беднягу Белояра с его попытками Елене услужить. От великой любви.

— А Белояр? — спросил Волк. Он-то отлично понимал, каково это. Сам чуть не умер после такого, и то ему, в свое время, меньше досталось!

— Там пока. Ему Баюн спел. Парень отдохнет. Поспит. А дальше подумаем.

Тут Волк поднял голову. — Идут к дому воевода и Терентий.

Он сам так и оставался ещё со вчерашнего дня в виде телохранителя, поэтому спокойно сидел на месте, а Жаруся быстро порхнула в Катину комнату и спряталась там.

— У нас-то радость какая! Царевна, гостья ненаглядна того… Этого… Того…

— Что-то с царевной случилось? — безмятежно уточнил Баюн.

— Сваливает уже! — выговорил, наконец, запыхавшийся Терентий! — То есть, это… закончила визит и отправляется в свои владения.

— Точно! — воевода ухмылялся, и тянул Терентия за рукав дальше нести радостную весть, свет и радость.

Когда за гостями с грохотом захлопнулась дверь, Степан, сидящий в углу, наконец, подал голос:

— Чего-то мне кажется, что царевна некоторое время будет занята более важными делами, чем добыча Катерины и убийство Волка.

— Это точно! — ухмыльнулся Кот, облизывая лапу.

Глава 16. Пропущенная стрела

Воевода возвращался на последнюю заставу, уже знакомую Катерине, и она решила его проводить, и заодно посмотреть, нет ли возможности убрать туман по дороге к заставе.

— Ой, рискованно, Катюша, там тварей много! Заходить пока очень опасно, даже с кладенцом. Разве что крайнюю сказку посмотреть в том направлении. Там, насколько я помню, про чудесную рубашку сказка жила. И ещё одна Елена Прекрасная, кстати, тоже поганая. И дальний родственничек Горыныча. Слабосильный, к счастью.

— Вот уж везет! — фыркнул Степан.

— И не говори, а кстати, как там Белояр? — спросил Баюн у Катерины.