Лукоморские царства

 — Это же надо ухитрится гнездо сбить! Ладно, летайте, только недалеко.

— Да что ты говоришь! Как же я удостоилась такого доверия, что мне разрешили недалеко ребенка прогулять! — Жаруся всплеснула крыльями, на которых уже появлялись крошечные искорки.

— Ладно-ладно, не злись только, куда хочешь, только осторожно. Всё-всё, я ничего не говорил, ты же всегда осторожна! — Волк аккуратно убрал хвост подальше от раскаленного крыла. — Всё, я полетел выручать этого особорца! — Волк почти радостно нырнул вниз, подхватил уже искусанного и местами распухшего Степана, и взмыл в сторону Дуба, унося своего незадачливого ученика от разъяренного осиного роя.

— Вот и всё! Сама обиделась, сама разозлилась, сама простила, а в результате Волк и не заметил, как сделал то, что нам было надо! Так что завтра мы с тобой полетим поискать золотую чашу. — Жаруся явно собой гордилась.

— Жаруся, это высший пилотаж, и ведь он даже придраться не сможет. — Катерина весь разговор молчала, боясь испортить ситуацию, и только старательно взмахивала крыльями, кружа рядом с Жарусей.

А теперь неприкрыто восхищалась хитроумной Жар-Птицей.

— А то! — Жаруся позволила перьям вспыхнуть, скинула огоньки пламени в сторону роя ос, недоуменно озирающихся в поисках обидчика, заставив их убраться к поврежденному неуклюжим Степаном гнезду, и полетела с Катей к Дубу, поставить в известность Кота о необходимости полетов и разминки для девочки. С Баюном оказалось всё ещё проще. Он спал. Когда проснулся и обнаружил себя висящим посреди горницы в когтях Жаруси, запротестовал, завозмущался, короче, Кот орал гневным мявом и требовал вернуть себя на лежанку и немедленно отстать от котика.

Жаруся сообщила ему новости и вернула на указанное место. Впрочем, Коту было уже всё равно, ибо он уже успел уснуть!

— Всё! Завтра летим! — Птица подмигнула Катерине. — С утра и отправимся.

Катя почему-то даже не волновалась. Вот ни чуточки! К ней вернулось хорошее настроение, она даже не возражала пройтись со Степаном в своем нормальном виде и наделать ему золотых листьев, из упавших дубовых, которые он уже три дня собирал.

На память себе она тоже сделала несколько золотых веточек, надеясь, что после завтрашнего полета, она будет только любоваться на их блеск, а не прятать руки при любом движении рядом.

— Как твоя встреча с осами? Вроде следов не видно! — Катя так соскучилась по человеческой речи, что хотелось просто поболтать.

— Ай, вот только не про ос, пожалуйста! — Степан вздрогнул и нервно оглянулся.