Лунная колдунья

Арден должен был призвать взрослую сильную ведьму, которая подходила ему по всем параметрам. У них все бы получилось. Их ребенок принес бы стране мир и процветание на долгие годы. Но вмешались грайи твоего мира и вышло то, что вышло. Они решили спасти тебя и изменить ход вашей истории, так же как ее иногда меняем мы.

– Но зачем?!

Я сжала виски.

– Я не знаю.

Врет! Знает, просто не хочет говорить.

– Кто отец моего ребенка?

– Тот, кого ты выбрала в этом мире и от кого сбежала в свой.

Ага, именно так я и думала.

– Зачем ты мне это рассказала?

– Ты можешь вернуться домой, но можешь остаться. Мы ошиблись, вмешались в чужую игру и теперь наказаны. Это очень странно. – Она задумчиво провела пальцами по губам. – Странно чувствовать эмоции. Ты сама должна решить.

– Значит, я все же смогу вернуться?

– Конечно.

– А если я останусь?

– Ты останешься жить. Но твое будущее вне нашей власти, теперь никто из провидиц не сможет вмешаться, ты сама создашь полотно своей судьбы.

Она начала таять, я хотела схватить грайю за руку, но ухватила только воздух. Я опять осталась одна на поляне. Постояла, переваривая информацию. Ну что же, рыдать точно не стану и скучать по такому Сашке – тоже. Новый мир, новые правила.

– Итак, Аделина, в каждой гадости есть хорошее. У меня потенциал сильной колдуньи. – Я загнула палец. – О том, что я не смогу вернуться, никто не знает.

Вот только Арден с этим может быть не согласен…

– Льера, льера!

Голоса накатывали, становясь все громче и громче. Кто-то лупил меня по щекам, чьи-то сильные руки держали за плечи, а в нос шибанул резкий запах.

– Все, все… – тихо прошептала я. – Я очнулась.

– Льера Адель! – Лорд Этель осторожно опустил меня на сиденье. – Где вы были?

Я попробовала открыть глаза, но не смогла, на плечи навалилась усталость, и мне захотелось спать.

– Вас не было в теле. Пустая безжизненная оболочка.

– Я вернулась. Не волнуйтесь. Все хорошо. Просто спать хочу.

– Отдыхайте."

"Меня наконец оставили в покое, и я скрутилась калачиком, обхватив себя за плечи. Все, что я помнила, это как села на бревно и вдруг провалилась в забытье.

Вопреки собственным словам, настроение было отвратительным. По щекам текли слезы.