Лунная радуга

Летиция тоже готовилась к свадьбе, находясь в доме отца, и он с удовольствием и энтузиазмом участвовал в этом. Жизнь продолжалась, и я была благодарна ей за это. Ей и тем странным существам, которые были богами Синцерии.

Не знаю, что это было… сон или явь, но однажды ночью, я проснулась от яркого света, который наполнял спальню. Он был золотистым и мягким, проникающим во все темные уголки, а в нем светлым пятном выделялся силуэт женщины в струящемся платье.

- Дитя… Подойди ко мне… - прозвучал мелодичный голос, и, поднявшись с кровати, я направилась к ней, не испытывая ни малейшего страха.

Из света показались тонкие руки, и длинные пальцы пробежались по моему животу.

- Твой ребенок станет великим правителем, он соединит разрозненные земли воедино, и воцарится мир и процветание. Это твоя заслуга, дитя… Ты спасла жизни, от которых потянутся ниточки в будущее. Они - отправные точки всех изменений этого мира. Будь благословенна Рианнон Аргайл… Будь благословенно твое дитя…

- Кто ты? – прошептала я, ощущая невероятную нежность, исходящую от силуэта.

- Эрина Милосердная… - прошелестело из золотистого сияния, которое стало таять, пока совсем не исчезло. – Эриинааа…

На меня навалилась темнота, и я расслабленно поддалась ее ласковым объятиям…

Эпилог.

Прошло семь лет

У нас с Леоном родился сын – Адам, а через два года дочь – Виктория. Сын был похож на герцога, а дочь, конечно же, взяла все самое лучшее от меня. Оба ребенка были темноволосые и рослые, только мальчика природа наградила золотистыми глазами отца, а девочку - изумрудными, как у меня.

Адам оказался на редкость смышленым мальчиком, и в свои семь лет уже легко читал и старательно выводил кругленькие буквы, сочиняя сонеты. Меня немножко напрягали его серьезность и недетская собранность, но потом я вспоминала слова богини и успокаивалась. Если моему ребенку суждено было стать великим правителем, то именно таким он и должен быть. Мне часто казалось, что он будто из другого мира, и его душе уже много лет, но когда они по-детски начинали дурачиться с сестрой, я успокаивалась.

А вот Виктория любила находиться со мной на кухне, и Дуглас всегда давал ей кусочек теста, из которого дочь лепила все, что ее душе заблагорассудится. Малышка явно будет увлечена кулинарией, и это не могло меня не радовать. У девочки должно быть увлечение, несмотря на то, что она дочь герцога.