Лунное сердце

Он не успокоится, пока…

Она споткнулась, словно кто-то ее ударил, упала на колени и прижала руки к вискам.

— Прочь! Прочь из моей головы!

— Я о тебе помню, — шептал Мал-ек-а. — Вот покончу с друидом и вернусь за тобой.

Мал-ек-а чувствовал, что его слова сыплются на эту безрогую девчонку, как удары! Он ухмыльнулся, а потом сосредоточил все свое внимание на другом мозге, посылая резкие команды в самую глубину израненной души своего врага — друида.

— Мы с тобой одно целое, — шипел Мал-ек-а, заглушая протесты своей жертвы.

 — Но теперь я сильнее. Приветствуй меня.

— Нет! — вскричал Том.

С горящими глазами он соскочил с кровати. Команды Мал-ек-и словно прожигали его мозг, вытряхивали из прохладной темной глубины на резкий свет, к реальной жизни.

— Ты меня знаешь, — шептал Мал-ек-а. — Ты — это я!

Том рвал на себе рубашку, хватал ртом воздух, раскачивался из стороны в сторону. Какое-то движение в комнате привлекло его взгляд. Он увидел, как пятится вон из комнаты Тропман.

Но вместо Тропмана перед его глазами был другой — он узнал в стоящем у дверей своего зловещего близнеца, свое отражение. Хенгуэр воздел руки, и ладони его запылали золотым магическим огнем. Огненная дуга протянулась к Тропману. Словно могучий удар подбросил Тропмана высоко в воздух и швырнул об стену. В комнате запахло паленым. Дымящееся тело Тропмана сползло на пол, обращенные к Тому безжизненные глаза укоризненно глядели на него.

Том тупо посмотрел на убитого и рухнул на пол.

Мал-ек-а неотступно стучался в его мозг. Том жаждал спрятаться от того, что он наделал, от того, чем он был, — но бежать было некуда.

Ему снова привиделся высокий камень на берегах Гвинедда, тысячу лет бывший его тюрьмой. Медитация и другие упражнения для ума переменили Тома, он изжил зло из своей души. Но оно не растворилось в воздухе, оно зажило отдельной, собственной жизнью. Оно выбралось из каменной тюрьмы задолго до того, как вырвался на свободу Том.

Том ни в чем не винил Талиесина — это была ложь. Он знал — во всем виноват Ужас-Бродящий-Без-Имени, — квин-он-а считали его проклятием, насланным на них белыми. Это он напал на Тома в Ином Мире, когда Том гадал на виэрдине, хотел узнать, куда делась Сара. Это был его близнец, сколько бы Том от него ни отказывался, он всегда знал, что этот зловещий близнец существует.

— Нет! — снова закричал он, глядя на опаленный труп Тропмана.