Лунные драконы

– Боишься себя скомпрометировать? – Он все понимал, этот семнадцатилетний мальчик. – Не бойся, я знаю, что такое субординация.

– Ты меня неправильно понял. – Врать было тяжело, у вранья был терпкий вкус недозрелых яблок, но она должна, потому что она старше и умнее.

– Да все я правильно понял, не маленький.

– Спасибо, Сережа, – она осторожно погладила его по руке. Можно было бы и не гладить, но вдруг захотелось...

– А почему ты без очков? – У него серьезный взгляд, серьезный и по-взрослому пристальный.

– Очки мне нужны только для работы.

 – Снова ложь, маленькая, но неизбежная.

– Тебе так намного лучше. – Взгляд серьезный, а ладони красивые, с длинными музыкальными пальцами.

– Звучит как комплимент. – Ох, не нужно было этого говорить. Получается, что она кокетничает, а она вовсе не кокетничает. У нее и в мыслях ничего такого нет.

– Ну, это и есть комплимент, – музыкальные пальцы дрогнули, сжались в кулак.

Все, прочь от опасной темы!

– А скажи-ка мне, Сергей Полянский, почему ты не любишь мой предмет? – Правильный вопрос, нейтральный и честный.

Он ведь и в самом деле не любит.

– Не то чтобы не люблю, просто мне не нужен французский.

– А что тебе нужно?

– Химия, физика, биология – для поступления. – Сергей улыбнулся. – Я собираюсь поступать в медицинский.

– Хочешь стать врачом?

– Хочу.

– У тебя кто-то из родителей врач?

– Почему ты так решила?

– Просто в медицинских семьях обычно очень сильна преемственность. Ну, так как?

– Моя мама работала врачом. Она умерла, когда я был еще совсем маленьким.

 – Улыбка поблекла, стала рассеянной, точно Сергей пытался вспомнить, какой же она была, его мама.

– Прости.

– Ничего, я уже привык. – Он сорвал сухую травинку, зажал ее в зубах, сказал с непонятной тоской в голосе: – А отец у меня военный. Хочет, чтобы я именно по его стопам, в военную академию.

– А ты?

– А я не хочу, чтобы за меня решали, – он резко встал, посмотрел куда-то вдаль. – Пойдем, а то на поезд опоздаем.

В электричке они почти не разговаривали.

Сергей всю дорогу смотрел в окно. Полина думала о своем. На вокзале Полянский, как и обещал, перешел на «вы».

– До свидания, Полина Мстиславовна.

– До свидания, Сережа. Спасибо еще раз.

– Пустяки, – он засунул руки в карманы куртки, поднял воротник. – Если нужно будет еще когда-нибудь покормить скотинку, я к вашим услугам, – он развернулся и быстрым шагом пошел по перрону, прочь от Полины.

* * *В понедельник Сергея ждало объяснение с друзьями.