ЛВ 3 (СИ)

Меня подхватил, на колени к себе уложил, клюку с меня снял, отложил на островок. Сидим.

— Потому что, а — я не уверена, что могу рожать, весна то моя миновала. Б — я не уверена, что смогу выносить, жизнь то меня не радует, сам видишь. В — чародеи злодействуют непрерывно и все по нарастающей. И г — я предложила всему войску податься к тебе в утопленники, если что. Ты ведь не против?

Окосел слегка Водя от новости такой, да и ответил сипло и сдавленно:

— Ты это, спасибо что спросила сначала меня.

— Ну ведь спросила же, — высказала после молчания недолгого.

— Я тебя сам утоплю! — мрачно пообещал Водя.

— Обожди, вот сейчас навкары с небес посыпятся, тогда и утопишь, — усмехнулась я.

А Водя серьезный стал. Волосы мокрые прядями к лицу его прилипшие убрал за спину, на меня поглядел да и вдруг сказал:

— Останься со мной.

— Неее, мне помирать рано, — задумчиво протянула я, о другом вообще думая, о том что надо бы возвращаться уже.

— Ты не умрешь, — уверенно сказал Водя, — и ты знаешь, что я о другом.

Посмотрела я на него. В глаза его голубые, что в ночное время светились чуток, на лицо красивое, правильное, словно скульптуру ваяли, затем снова в глаза, и прямо ответила:

— Нет.

Затем поднялась осторожно, ох и шатать то меня теперь будет, клюку свою подняла, выпрямилась на нее опираясь, на Водю словно окаменевшего поглядела, да и… другом он мне был, настоящим, близким сердцу другом.

— Водя, как закончится это все, тогда и посмотрим, тогда и ответ дам.

— Какой? — Водя на меня не смотрел больше, на Заводь свою глядел, на то как луна в ней отражается. — Ты ведунья лесная, а леший твой теперь в силу вошел, три ипостаси обрел, и значит тянуть тебя к нему начнет, Веся, тянуть необратимо. И рано или поздно, станете вы единым целым… мужем и женой, — последние два слова сказал, словно выплюнул.

Тут уж я чуть не окосела.

— Водя, не знаю, что ты там пил, но лучше больше эту гадость не пей, — посоветовала соратнику верному.

И тут Водя шепотом, едва слышно произнес:

— Кевин ведь тоже был тебе друг… только друг. Но мы оба знаем, кому ты свою весну отдала.

— А вот это жестоко было, Водя, — тихо сказала я.

И хотела уйти, просто уйти, впереди была битва, и зная чародеев не уверена, что одна, скорее всего две как минимум, а Водя прошептал:

— Однажды ты погибнешь, Веся.