Помахав на прощание и выбросив пустую пачку и бутылку, Лев Кузьменко засунул руки в карманы ветровки и побрел дальше. По дороге все-таки передумал и вызвал такси. Устал.
Дома долго стоял поду душем, потом яростно тер себя мочалкой. Но Лолу так просто не смыть. За три года она въелась под кожу, внутрь, совсем глубоко. От нее уже не избавишься. Да и не надо. Лола его кормит. Двухкомнатная квартира на Кутузовском с прекрасным ремонтом — на нее заработала Лола. Львица Лола, звезда «Синей каракатицы», корпоративов и дней рождений.
Она смогла сделать то, что Лев Кузьменко не смог.
Рассматривает свое лицо в зеркале. Надо побриться сейчас, завтра ему в три дня шабашить на дне рождения. Если не снять щетину сейчас, завтра будет ужас. Привычно намазывая лицо пеной, вяло размышляет.
Если ты изображаешь на сцене женский образ — это не с пустого места. И вообще, кому-то могло бы повезти. Но не тебе, Лева. Природная волосатость просто зашкаливает. Пробовал брить ноги и руки — получил в итоге вросшие волоски, дикое раздражение и прыщи.
После полугода мучений решение родилось само — кружевные перчатки и плотные колготы. Но лицо не спрячешь. Поэтому бритье два раза в день. А ведь есть счастливчики, которые могут раз в три дня. Но это не про него. Какой-то дикий каприз природы для человека, который зарабатывает на жизнь, изображая женщину. Станок гладко скользнул по скуле, по подбородку. Из зеркала на него смотрела Лола. И ухмылялась.
Спать. Холодный сатин простыни, едва заметное мигание рекламы сквозь штору за окном.
Бессонница чья — его, Лолы? Их общая, наверное. До сих преследуют воспоминания. Даже, в последнее время, они становятся настойчивее. Это его воспоминания, не Лолы.
— Вы такой талантливый, такой голос, такая экспрессия!
Верит, улыбается, счастлив.
— Сколько?
— Что — сколько?
- Сколько вы готовы заплатить?
И это — финал. Конец. Чему? Иллюзиям, что есть что-то в этом мире. Кроме денег. А поначалу верил. В свой талант.
В свое предназначение. И ведь слушали, хвалили. И ведь конкурс масштаба всей страны.
А потом, на определенном этапе тебе задают главный вопрос: «Сколько?».
Да нисколько. Нет денег. Денег нет.
Потом этот же вопрос он задал своим потенциальным работодателям.
То время вообще было смутным. Крушение надежд. Крушение всего.
Сколько?
Сколько?!
Откуда в этом хаосе родилась Лола — кто знает? Только боги хаоса. Но она родилась. В течение месяца, совершенно бесконтрольно, без явного Левкиного участия. Взяла — и появилась. И подала голос.
