И именно так погиб в нашей реальности великий царь Синаххериб, которого убил сын Арда-Мулиссу и главный вельможа Набу-шар-уцур, который прямо сейчас смотрел на него взглядом накормленной дворняги."
"Царь отбросил лишние мысли. Зачем гадать? У него утром бой насмерть, и если великий Ашшур дарует ему победу, то он будет думать, как разобраться с предателями, что посмели усомниться. Но это будет потом. А сейчас — спать. Ему нужны силы.
Рассвет наступил как-то очень быстро. Оба воинских лагеря и не думали засыпать, ведь того, что случится утром, не бывало никогда.
Божий суд тут знали, но он был совсем другим. Бывало, что колдунов испытывали водой или огнем. Выдержавший испытание — оправдывался, а клеветника казнили и отдавали невинной жертве его дом. Это было понятно и знакомо, сам богоподобный Хаммурапи установил так в своих законах. Но чтобы бились два царя, поставив на кон царство, как двое азартных игроков в «ур» (шумерский прообраз нард), такого не бывало никогда.
Великий царь Синаххериб сделал единственно верный ход.
Только длинное копье, владению которым он учился с детства, могло принести победу. Персидский царь значительно превосходил его в росте и силе, а потому поединок с мечом и щитом был бы для Синаххериба просто самоубийственным. Так же печально закончился бы для царя Ассирии бой на конях или с применением лука. Персы могли попасть в подброшенную шапку на полном скаку, и Синаххериб это прекрасно знал. И сейчас два царя, в одних рубахах красного цвета, стояли друг напротив друга, держа копья в правой руке и внимательно изучая своего противника.
Оба, не сговариваясь, выбрали этот цвет, чтобы не дать противнику и зрителям увидеть свои раны и кровь. Оба были одеты в плотные штаны, не стеснявшие движения, и воинские пояса с кинжалом. На ногах были короткие мягкие сапоги, но на толстой подошве из бычьей кожи, чтобы острый камень не поранил ногу. На голове царя Ассирии была повязка из вытканной золотом ткани, а Ахемен предпочел голову не закрывать. Синаххериб оценивающе оглядел противника, его могучие мышцы, которые не могла сдержать рубаха, и строил в уме рисунок боя.
Ахемен тоже рассматривал врага, и отметил переливы упругого тренированного тела ассирийца. Тот был отличным бойцом — гибким, сухим, и с отличной реакцией. И в том бою это было куда важнее, чем сила и масса. План боя, что разработал Ахемен с лучшими мастерами копья этой ночью, рассыпался на глазах. Противник был гораздо быстрее, и для огромного перса это могло стать смертельно опасным.
