Не стыдно прийти в дом, где у ее любовника семья, где наши дети…
Тошнота подкатывает к горлу, как только думаю, что они могли лечь в нашу постель и там…
Прикрываю веки и прогоняю рвотный позыв, а я… не зная, могла на покрывала наших малышей положить, переодевать их…
– И да! Я беременна! Наша любовь с Петюнечкой дает свои плоды! Естественным путем, не так, как с тобой, ведь ты… бесплодная мадам ЭКО!
Мне кажется, что мой муж находится в шоке, так как не одергивает свою пассию, не заставляет ее замолчать. Он лишь переводит свой темный взгляд на девицу, которая чувствует себя королевой, а я…
Я больше ничего не жду.
Меня накрывает так, что руки трястись начинают, и остается единственное желание убежать отсюда как можно дальше.
Поэтому я хватаю свою сумочку, которую оставила тут на тумбочке, разворачиваюсь и бегу прочь по коридору к черному входу. Пролетаю через гостиную, и вдруг меня будто током ударяет.
Я смотрю на круглый стол. Рассматриваю красиво сервированный ужин. Глаза жжет, когда смотрю на свечку, огонь завораживает.
"
"Во мне будто просыпается кто-то другой, агрессивный и желающий возмездия, а еще рождается шальная мысль относительно того, что блюда, которые я готовила для нас с мужем, будут продегустированы его любовницей…
Как робот, я подхожу и ловлю край скатерти, тащу все содержимое на пол. Разбиваю дорогостоящий сервиз, которым так кичился мой муж, хвастаясь, что купил утварь на аукционе «Сотбис».
Звон битого фарфора оглушает, а свечка падает на ковер, белоснежный ворс которого сразу же покрывается черной копотью и начинает тлеть.
Все происходит за секунды, а мне кажется, что время замерло, когда я смотрю на игру огонька на фитильке, хочется все здесь спалить к чертям.
– Нина! – крик мужа бьет по ушам, но я не оборачиваюсь. – Ты что творишь?! Не смей!
За спиной раздается грохот, топот, а я срываюсь с места.
– Нина! Вернись! Вернись, я сказал!
Опять его крик, а у меня слезы градом из глаз. Я больно ударяюсь боком о стол, когда мне кажется, что Петр бежит за мной, и я слегка оборачиваюсь, но вижу, как девка моего мужа вцепилась в его пиджак и кричит слезно:
– Петя, пусть бежит! Зачем тебе она, у тебя я есть и наш будущий малыш! Я тебе столько нарожаю еще! Зачем тебе эта ущербная?!
Больше не смотрю в ту сторону, понимаю, что в Петра впилась его пассия, и он не собирается бежать за мной.
Распахиваю дверь и вылетаю на улицу, обегаю внутренний двор, каблуки впиваются в наш газон, но я упрямо бегу к машине, достаю ключи и сажусь за руль.
