Лжец

Дождись меня, пожалуйста, — не сразу я понимаю, что он имеет в виду, не сразу… — Я… я обязательно встану на ноги! Я тебе обещаю! Мне нужно просто немного времени, и все! Несколько месяцев! Самое большее — это год! Но я надеюсь, что уже через полгода я смогу встать с коляски! Дождись только!

Спина моя каменеет. И плечи не двигаются.

Я давала себе обещание не плакать при нем, ему тоже тяжело, но сдержаться сейчас…

Сначала раздаётся лишь тихий, с трудом подавляемый всхлип. С шумом я втягиваю кислород. Подбородок дрожит, рваное дыхание рассекает воздух.

Слёзы хлынули сразу, как только я представила его… как он встаёт на ноги и уверенно шагает мне навстречу… обнимает крепко.

Итан выпаливает каждое слово с такой горечью… хлещет, полосуя до крови. А я содрогаюсь от его надрывного охрипшего голоса.

— Мне кажется, что каждый день теперь играет против меня, отнимая надежду. Я понимаю, что сейчас это звучит неуместно! Я понимаю! — перехватывает мои плечи, а я чувствую, как его трясёт от эмоций. — Я бы никогда не предложил тебе этого, осознавая, что останусь обузой навсегда! Но я встану, Кай! Я что угодно ради тебя! Ради нас! Что угодно сделаю! Мне просто нужно ещё несколько долбанных месяцев! И все! Просто дождись!

Раненый голос его гулким эхом отдаётся от стен, вонзаясь в душу, обескровливая.

— Пожалуйста, не плачь, родная… — слабый рывок, и я уже почти у него на коленях, а он тихо и порывисто шепчет мне в губы. — Я смогу, я справлюсь. Просто поверь… ты мне веришь?

— Верю, — срывающийся ответ выдавливаю из последних сил.

— Конечно, у тебя все получится. Ты такой сильный… ты самый сильный из всех, кого я знаю!

— Тогда подари мне это время. Я докажу, что это не напрасно.

Не позволяет ответить. Да и сил нет. Внутри не осталось ничего. Горит. Огонь. Пожар. Сносит все на своём пути.

Итан притягивает мое лицо вплотную и жадно впивается в мои губы.

Голодный отчаянный поцелуй охватывает диким пламенем естество. Отвечаю скованно, зажато, губы не слушаются, душа плачет.

Обнимаю его за голову, ерошу мокрые волосы, корябаю затылок дрожащими пальцами. Притягиваю к себе со всей самоотдачей. Каждое слово откликается в душе, заводя сердце вновь, заставляя биться и гонять кровь по венам.

— Больше не говори мне никогда, что ты обуза, — выдыхаю, как только поцелуй прекращается.

Оживает мой телефон. Настойчивая мелодия совершенно не вписывается в окружающую обстановку, но я даже с места не дёргаюсь. Мгновения рядом с Итаном бесценны.