Лжец

Я все, что мог, делал, чтобы она поскорее забыла о несчастье и поправилась. Переезжать ко мне на съемную квартиру Поля отказалась. Сказала, что для неё неприемлемо жить вместе до свадьбы. Ну ок, я сожрал это. Мне казалось, что это, наверное, правильно. Но… Мы в тот момент стали сильно ругаться, чуть позже разбежались. Отец отреагировал тут же: «Я и не сомневался». Предложил вернуться. А я уже проникся жизнью в России. Планы строил. В Швецию мы переехали, когда я был ещё в десятом классе. Мать хотела.

А отец только-только начал там разворачивать бизнес. В общем, я сказал, что никуда не поеду. И с Полиной мы очень скоро сошлись опять.

Прошло ещё время, я снова позвал ее замуж. Стали готовиться к свадьбе второй раз, когда у Полины умерла мама. Второй раз и отложили. Она долго приходила в себя. А потом… мы как-то уже привыкли так жить — на расстоянии, — общаться по телефону. У каждого свои дела. Свои планы. Очевидно, тогда наши отношения и дали решающую трещину. Которая с каждым днём росла все больше и становилась шире и глубже.

Полина сама по себе. Я сам по себе. Привычка. Дурная привычка.

А еще примерно через год я унизил и себя, и Полину тем, что стал смотреть на других женщин.

— С тобой я себя всегда чувствовала любимой, нужной, защищенной.

— Поль. Только ты про меня забыла. Ты забыла, что мне тоже это нужно. Я тоже хочу чувствовать себя любимым. Чтобы обо мне заботились. Интересовались, что у меня происходит. А ты живешь только в своём мире, где все показуха.

Ну а я… получается, в своём. Поэтому… нам дальше с тобой не по пути, Полин. Прости за то, что не смог сделать тебя счастливой, не смог всегда дарить тебе улыбку. Стать для тебя кем-то нужным. И любимым. Я правда очень старался.

— Давай дадим друг другу шанс быть счастливыми с кем-то другим. Так нельзя жить, Полин. Мы с тобой стали чужими.

— Итан, ты мне очень дорог. У меня дороже тебя нет никого. Я не представляю, как теперь без тебя… не надо. А в Тае… Я просто не ожидала, что он подойдет, но я его оттолкнула сразу же, Итан, я клянусь!

— Полин.

Это конец. Я не смогу так дальше. Я хочу ощущать себя нужным, я хочу в глазах своей женщины видеть чувства, а не пустоту.

— Ты мне очень! Очень нужен! Пожалуйста. Мы сможем… — пронзает страдальческим взглядом. Накрывает мою руку своей ладонью, а я тут же сбрасываю ее пальцы. Вцепляюсь в руль. Завожу машину.

— У нас уже ничего не получилось. Пора это признать.