Старушка – не помеха, главное, чтобы не явился Шмаков и не начал делать глупости.
Я двинулся к домику, Ульяне жестом велел оставаться на месте. К ней шагнули сотрудники охраны. Шмакова тоже просто стояла, опираясь на трость. Над криво стриженным газоном разлился громкий голос Ули.
- Вашему сыну не нужен был мой ребенок, как и вам, - сказала она, - я была молодой, глупой и до последнего верила в хорошее. Дала Ваське настоящее отчество. Но сыну не было года, когда Леша пропал. А вы и знать не знали, как живет ваш внук.
- Ты ошибаешься, - прогремел голос недосвекрови.
Ульяна явно растерялась и молчала, а я уже поравнялся с крыльцом. В дверях показалась испуганная мордашка Васьки и виноватая Даши. Я осмотрел их с головы до ног.
- Так, поехали.
Глава 27
Пацана я взял на руки, девочку пропустил вперед. Васька что-то бормотал, что я его папа, но я только погладил малого по спине. Улю мои ребята уже отвели к машине.
Однако уехать спокойно нам не удалось. Навстречу по узкому проезду двигался коричневый седан.
Я сразу почувствовал неладное, а уж когда глянул на водителя… Шмаков, тем временем, резко крутанул руль и преградил нам проезд."
"Мои люди выскочили из машины, которая ехала первой. Но я тоже не мог оставаться на месте. Притихшая ярость снова затопила мой мозг. Из головы вылетело, что рядом Уля, дети. Я подскочил к машине Шмакова, открыл дверь и выволок его наружу.
- Как ты посмел сунуться к моей семье?!
- Да ты им никто!
Кажется, эту реплику я слышал последней. Схватил подонка за воротник новенькой рубашки, притянул к себе, а потом с силой отшвырнул.
Шмаков пытался устоять на ногах, но все равно оказался на земле. Я в одно мгновение оказался сверху. Прижал его щекой к каменистой прибрежной поляне. Приподнял, стукнул…
- Это ты здесь пустое место. И чтобы твоего тухлого запаха больше не было возле моих близких. Иначе эту землю я заставлю тебя жрать.
Шмаков с трудом сделал вдох.
- Да ты сам хочешь на место моего брата, Зорин. Я тебя не боюсь. Эти дети моя родная кровь, они внуки моей матери.
И если ты хочешь нас разлучить, тебе придется выплатить нам ущерб.
- Ты идиот, - я был в шоке, - хочешь бабок, иди поработай.
Я опомнился, отпустил мерзавца. Он поднялся на ноги, но мы все еще стояли напротив друг друга.
- Честным трудом деньги не делаются, - заявил Шмаков, - тебе ли не знать… А если ты хочешь покоя для своей семьи, ты мне заплатишь. Вспомни эти слова.
- Не попадайся мне больше на глаза.
Шмаков был смешон.
