Бывший муж Евы не ответил.
- Я знаю, у тебя свой маленький бизнес. Бригада строителей-отделочников,
кажется’? - продолжил я. - С налогами все в порядке? Сотрудники имеют
необходимые документы? Хочешь проверок?
Глаза молодого мужчины забегали. Я не чувствовал стыда, потому что отлично
помнил, как жили Ева и Таська до меня.Оних некому было позаботиться, никто не
спешил их защищать. Считали копейки, шарахались от пьяницы-соседа. И теперь
это существо заявляет, что он отец?..
-А тебе не стыдно оставлять девчонку безотцовщиной?—уже не так уверенно
предъявил Вячеслав.
Я хмыкнул.
- Не волнуйся, малышка будет расти в полной семье.
Вячеслав еще немного подергался, скорее для вида. Потом мы все втроем поехали
оформлять его заявление. Когда дело было сделано, я сунул парню денег
- Отметишь свое освобождение.
Жест получился унизительным для парня, но банкноты бывший муж Евы взял. Я не
жалел, пусть эта сумма станет дополнительной гарантией, что он не повернет
решение вспять.
Да и приглушить его злобу в сторону девочек не помешает. На
прощанье я убедительно попросил его забыть о нас. По-моему, мужик меня
прекрасно понял.
Принц сказал, что касательно Ляли и Евы все сделает сам. Только намекнул на
один нюанс, насчет которого я и сам думал. Поэтому, попрощавшись со своим
юристом и позвонив любимой, я поехал по определенному адресу.
Дело заняло довольно приличное количество времени, и находился я далеко от
дома. Когда приближался к своему району, на столицу уже опустился вечер.
Особняк встретил меня яркими огнями. Мы пока не убирали новогодние гирлянды с
территории, Таське они очень нравились. Я подумал, может Ева гуляет с
малышкой. Но у дома никого не было.
Из гостиной слышались голоса, я сначала напрягся. Но по мере приближения к
комнате начал различать родных. Так и есть, к нам пожаловали сразу все—мои"
"мама и папа, сестра с мужем, двумя сорванцами Степой и Тимохой и серьезной
голубоглазой десятилеткой Улей. Здесь же на диване с Лялькой на руках сидела
бабушка Евы—Евгения Ивановна.
- Мы все пришли еще раз извиниться перед вами, Никита,-робко произнесла моя
мама. Наши проступки ничем не оправдать! Но мы очень любим вас и не хотим
находиться вдали.
- Прости меня, Никита, - вступила бабушка Женя,-теперь я вижу, какой ты хороший
мужчина. И дочка ваша просто чудо!
Оля следила глазками за бабулей и вдруг улыбнулась. Тут я окончательно понял-
родных нужно простить.
