Мацзу (СИ)

Или у богатых всего три уровня: богатые властвующие, богатые знатные и богатые по недоразумению?

79

Не знаю, каким представляла себе Эмили Кушинг мой дом на острове Гонконг, но явно очень скромным, судя по тому, что не сразу поверила, что это всё, так много, теперь её. Когда сообщил, что являюсь собственником и двух соседних особняков, простила мне все прошлые и половину будущих грехов. Потом сводил ее на стройку, где заканчивали заливать фундамент третьей пятиэтажки, а в первых двух уже начали возводить стены, и Эмили решила, что да, надо подождать, когда их достроят, продать выгодно или сдать в аренду, после чего можно отправляться на ее родной кислый остров, где день без дождя считается прожитым напрасно.

Само собой, мебель была переставлена, причем раза три. Проделано это было в мое отсутствие и с помощью слуг-китайцев, поэтому не возражал. Запретил только менять что-либо в моем кабинете, но не уследил, пришлось привыкать.

Дальше началась спокойная семейная жизнь: жена, маленькие дети, большие слуги… Каждый выносил мне мозги по-своему, так что было не скучно.

Когда становилось невмоготу, отправлялся в Макао якобы по делам. Лианхуа уже знала, что у меня появилась другая женщина, белая. Наверное, не обрадовалась, однако вида не показывала, истерик не закатывала. Чтобы отблагодарить и поддержать ее, я написал и заверил у португальского нотариуса завещание, по которому вся моя собственность в Макао достанется нашей дочери Муриси, но не вся сразу: Лианхуа будет жить в нашем доме и получать половину доходов с других до замужества дочери, а после треть до своей смерти. По местным меркам будет очень состоятельной женщиной. Надеюсь, найдет сожителя, с которым и встретит старость, а может, и детей еще заведет. Это ее дело, о чем ей и сказал.

В конце февраля я пересекся в Макао с Бао Пыном. Оказалось, что контрабандист превратился в благопристойного купца, что у него теперь офис неподалеку от порта. Торгует все так же опиумом, который теперь стал легальным товаром, и время от времени подрабатывает переводчиком.

Так понимаю, не ради денег (какие там деньги⁈), а для поддержания хороших отношений с португальским губернатором Адрианом Акасиу да Сильвейра Пинту, который свободно говорит на английском языке."

"Зазвав меня в свой кабинет, довольно большой и заполненный не только китайской, но и европейской мебелью, бывший контрабандист угостил меня зеленым чаем.