Продолжалось это до полной темноты и, наверное, как раз до полного прилива. Потом мы услышали треск и мама переместилась к лесу. Работа закончилась. Все вымотались так, что не стали даже сматывать лебёдку. Побросали на берегу всё, кроме оружия, и на резиновой лодке переместились на яхту. Мотор не включали потому, что не ставили, да и до яхты было каких-то 30 метров. Почему тридцать, а не двадцать? Прилив. Подплыли к яхте и теперь вчетвером вспомнили маму и папу. Яхта задрала корму и чуть не утопила нос.
Ну, нет среди нас опытных моряков.
Прилив был почти четыре метра. Сергей, который всю свою практику проходил на реке, об этом не подумал. Ветер дул с берега. А если бы яхта снялась с якоря? Где бы мы её искали? У негра? Даже дежурный фонарь не зажгли, а лодка без мотора. Вперёд, ребята, на вёслах в темноту. Встретьте утро в море, в резиновом предохранительном средстве. Такие переживания могли довести нас до инфаркта. Поэтому лечиться начали сразу, как только попали на борт яхты. От Сергея, стоявшего за штурвалом, мы узнали много про себя и наших родственников.
Но на процесс лечения, это не повлияло.
* * *Утро нас встретило кофеем и гречкой с тушёнкой. Это постарался Андрей. Общим голосованием было решено, наградить его орденом за мужество. Это сколько силы воли надо иметь, чтобы встать в такую рань и по личной инициативе, приготовить завтрак для всех. Правда, весь процесс приготовления, заключался в кипячении воды и разогреве консервов, но всё-таки. Шеф-повар отказался выдать лекарство и орден отменили.
Приняли решение о том, что на яхте всегда остаётся один человек, который является наблюдателем и поваром. Приняли решение о заготовке бегающей, летающей, плавающей и растущей пищи, поскольку пища в холодильнике и кладовке явно убывает. На этом утренник закончился, поскольку лекарства нам так и не дали, то в отместку оставили Андрея на яхте за наблюдателя и повара. А чтобы ему жизнь мёдом не казалась, дали рыболовные снасти — пусть на обед, что-нибудь наловит.
Корабль лежал полностью на берегу.
Вода, которая была в трюме, полностью вытекла, и этим надо было воспользоваться. Сначала выбрасывали на берег лёгкие вещи. Потом начали вытаскивать из трюма то, что не подмокло. Рассудили так. Если не успеем, то мокрым вещам хуже не станет. Разгрузку продолжали до обеда. В обед, повар сжалился над нами и под уху дал по бутылке пива. После обеда из обрывков парусов соорудили жалкое подобие большой палатки. Туда перетащили вещи с берега. Вечером нам дали рома.
