Вы как, не возражаете?
Лизабет не возражает:
— Конечно, нет, потому что тогда наш братик увидит, как Дед Мороз приедет к нам на санях, то-то малыш удивится!
Мадикен с ней согласна:
— Ведь он ещё не знает, что есть Деды Морозы.
И вдруг она вспоминает:
— Папа, знаешь, что мне сказала Мия? Она сказала, что Дед Мороз приходит только к богатым, а к бедным — никогда.
— Да, это ошибка Деда Мороза, — говорит папа."
"Мадикен кажется, что и с рождеством тоже вышла какая-то ошибка, и она тяжело вздыхает.
Но Альва знать ничего не хочет.
— Не годится нам в такой день сидеть набычившись. Сейчас будем пить кофе с рождественскими пирожными и петь «Вот и снова рождество», а то ваш братик подумает, что у нас всегда так грустно.
Она зажигает свечи во всех подсвечниках, и в доме становится по-рождественски уютно. Пожалуй, им будет не очень трудно притвориться, что сегодня обычный праздник, надо только постараться, думает Мадикен. Когда они пьют кофе, раздаётся звонок в дверь. Мадикен бежит открывать. На крыльце стоит фру Экберг и, топая ногами, стряхивает с себя снег.
Фру Экберг — городская акушерка, она всегда появляется со своей маленькой чёрной сумочкой там, где ждут ребёнка, будь то в сочельник или в иванов день.
— Ну что, пришло время? — говорит она — Аист и Дед Мороз пожалуют одновременно, по-моему, это замечательно!
Мадикен не разделяет её радости. К тому же она не верит в аиста. Она знает, что маленьких детей приносит не аист. В глубине души Мадикен не верит и в Деда Мороза, но в него она всё-таки хочет верить как можно дольше.
Странный получился сочельник! Папа беспокойно слоняется взад-вперёд по всему дому, то и дело поднимается в спальню, а когда снова спускается вниз, в лице его с каждым разом появляется всё больше и больше тревоги.
— Успокойтесь, — говорит Альва, — у меня семеро меньших братьев и сестёр, уж я-то знаю, как всё происходит. Сейчас нужно потерпеть, зато потом в доме станет гораздо веселее.
— Будем надеяться — отвечает папа.
Но вид у него такой, словно он боится этому верить.
Альва собирает корзинку с рождественским угощением, и Мадикен с Лизабет, как обычно, относят её Линус-Иде. Они ходят к ней с гостинцами каждый сочельник.
— У меня скоро будет младший братик, сообщает Лизабет Линус-Иде.
— Вот как! — отзывается Линус-Ида — А у Мадикен? Разве у неё не будет братика?
— Нет, нам обещали только одного — говорит Лизабет. — Но я с ней поделюсь, так и быть!
— Какой ты ещё ребёнок, Лизабет, — замечает на это Мадикен.
