Если, конечно, его специально не попросят об этом.
Люди стоят на поле и смотрят, как высоко в небесной сини лётчик делает «мёртвую петлю». Ничего более фантастического Мадикен с Лизабет ни разу ещё не видели.
И Аббэ, конечно же, тоже. Мадикен смотрит на него — он стоит ближе всех к канату, огораживающему площадку, куда лётчик сажает свой аэроплан, и смотрит в небо сияющими глазами. Аббэ наверняка представляет, что это он сам парит сейчас там, в вышине, и делает «мёртвую петлю».
Потом лётчик приземляется, и толпа зрителей бросается вперёд, чтобы разглядеть вблизи удивительную машину.
Никто не осматривает её более внимательно, чем Аббэ, он нежно похлопывает аэроплан, словно живого коня.
— Вот это, — говорит он Мадикен, — это будет получше воздушного шара для полёта на Северный полюс.
Рядом с аэропланом стоит лётчик, оп так хорош в кожаном обмундировании и лётном шлеме. Лётчик вежливо отвечает на все вопросы и от души желает продать билеты за сто крон всем, кто жаждет полететь на его аэроплане.
Но, разумеется, никто не собирается платить так дорого за один билет. Или, может быть, все жители этого города просто боятся с ним лететь?
Тогда лётчик подходит к папе и спрашивает, не хочет ли господин редактор сделать с ним один рейс. Совершенно бесплатно. Ведь он очень помог пилоту, разрекламировал его в газете и пригласил на обед в городской отель. Это просто справедливо — позволить, папе полетать немного над городом.
— И потом, должны же люди увидеть, что такие полёты совсем не опасны, — объясняет лётчик.
— Папа, какой ты счастливый! — кричит Мадикен, прежде чем папа успевает согласиться и поблагодарить пилота — Какой же ты счастливый!
Лётчик с восхищением смотрит на неё.
— Молодец! Хорошо сказано! Можешь тоже лететь с нами, если хочешь.
Если она хочет! Мадикен чувствует, как у неё начинает стучать сердце. Подумать только, взлететь в небо, почти как ласточка! Что может быть прекраснее? Если она хочет? Ну конечно, хочет!
— А ты не боишься? — спрашивает лётчик девочку.
— Этот ребёнок не ведает страха, — отвечает за неё мама.
Нет, ведает. Мадикен боится одного: как бы папа или лётчик не передумали и не оставили бы её на земле. Она не уверена до конца, что ей позволят взлететь в небо. И потому тянет папу к аэроплану.
— Ну, идём же скорее!
Но в ту же минуту Мадикен замечает Аббэ. Он всё ещё стоит возле аэроплана и не может оторвать от него глаз. И рук, кажется, тоже.
