Маэстрине некогда скучать (СИ)

Я даже уточнила, а на фига, пардон, так сложно и запутанно? Законник ответил, мол, а что если вы, дамочка, успеете к этому времени трижды сменить мужей или вдруг примкнете к другому роду? Или вообще имя Мариэлла надоест, и как начнете зваться какой-нибудь там Каталиной или Летицией. И что тогда? Нет уж, магия фиксирует все на уровне ауры, имени, крови и сущности. Потом хоть Жучкой зовись, хоть Муркой, все равно причитающееся наследство получите.

Так вот, для меня откроют счет, на который будет переведена огромная сумма.

Ежемесячные проценты с нее мне станут выплачиваться. В случае же, если вдруг, не дай бог, что-то случится с Софи, ее единственной наследницей становилась я. Вот тут я совсем не поняла, как маркизу удалось это провернуть. Ведь во мне нет крови Ноблей. Но согласно каким-то статьям закона и отсылкам к прецедентам каких-то совсем уж махровых времен… Я же со своей стороны должна буду дать магическую клятву на крови, что обязуюсь не причинять вреда своей дочке Софи, дабы каким-то образом заполучить ее имущество.

В общем, все сложно. Но я согласилась с этим. Софи я люблю и, уж конечно, в мыслях даже не допускаю обидеть ее ради денег Ноблей. Мне и рента-то эта не нужна. Всегда сама справлялась и дальше справлюсь. Впрочем, когда еще это случится… Маркиз вон хоть и хромает, но умирать не собирается. И дай бог еще проживет не одно десятилетие, он же маг. А они и до трех столетий небо коптят…

И снова забегая вперед, сообщу, что дома месье Леондр, не откладывая, купил на наши с Софи имена.

Причем по два. По особняку в столице и по коттеджу тут, в Азкене, в городе, где я работала и обитала в Университете Специальных Чар. В Зеруко я, конечно, не могла сорваться и поехать. А вот местные жилища осмотрела.

Конечно же, особняк для Софи был больше и дороже. Внучка же, родная кровь. Но и подаренный мне оказался вполне приличным двухэтажным коттеджем с задним двориком, в котором приютилось подсобное строение. И там же можно было развести небольшой садик и пить чай, сидя на воздухе. И, что немаловажно, мой дом располагался в приличном районе и всего в десяти минутах ходьбы от Усача.

То есть при желании я могла жить в нем, а на работу ходить пешком.

Отказа, как и благодарности, маркиз Нобль не принял. В своей типичной манере чопорно заявил, что он всего лишь пытается исправить то, что натворил его покойный сын. И желает хоть как-то компенсировать мне то, что я подарила жизнь его внучке, не отказалась от нее, не убила еще в животе и не бросила потом.