Мафия

Король эстрады наугад ткнул пальцем в одну из фотографий, где он был запечатлен во весь рост.

— О' кей! — одобрил Снежков. — Я был уверен, понравится именно эта. — Подхватив фотографии и гранки, он вихрем вылетел из комнаты, на ходу бросив: — Читайте завтра «Южноморскую правду». Реклама — двигатель успеха!..

Белов усмехнулся: уж кто-кто, а он в рекламе не нуждается. Тем более в какой-то провинциальной газетенке.

Певец закрыл глаза, постарался расслабиться. Но тут снова заявился посетитель — аккуратный старичок с набором значков на полотняном пиджаке.

— Не откажите ветерану! — с мольбой протянул он фотографию артисту. — Ваш автограф внучка будет хранить до гроба!

Белов взял снимок и вытаращился на ветерана: это была фотография… Аллы Пугачевой.

— Ну что вам стоит! — чуть не плакал старик.

— Будем надеяться, Алла Борисовна не подаст на меня в суд.

И Белов с улыбкой расписался на портрете всеми любимой певицы.

Ветеран исчез, не скрывая своего восторга.

Следующий посетитель чуть не довел до истерики. Вернее — посетительница. Благоухая прямо-таки удушающим ароматом духов, напористая поклонница в летах сунула растерявшемуся Белову огромную коробку с тортом «Птичье молоко», чуть ли не целый куст роз и заявила, что он первый в ее жизни мужчина, ради которого она готова на все…

Выпроводить настырную почитательницу удалось лишь с помощью администратора группы.

— Смотри, Фима! — гневно предупредил его певец. — Еще один посетитель — и ты уволен!

Администратор побожился, что в гримуборную войдут только через его труп.

И когда через минуту после его ухода раздался стук в дверь, нервы Белова не выдержали.

— Нельзя! — завопил он. — Никого не принимаю!

— Без исключения? — В дверном проеме показалась голова майора Киреева.

— Без! — по инерции выпалил артист, но в следующее мгновение, узнав майора, расплылся в виноватой улыбке.

— Хоть симпатичная? — пожал руку певцу Киреев.

— Бр-р! — передернул плечами Белов.

— А если бы этакая хорошулька? — лукаво подмигнул Донат Максимович, рисуя в воздухе женскую фигуру.

— Да как тебе сказать… — хмыкнул Белов и рассмеялся.

— Значит, не прочь, — улыбнулся Киреев.