Мафия

 — Киреев просил?

— Избави Бог! Если бы он узнал, ноги из задницы выдернул! Отобрал все негативы. Но я исхитрился оставить по экземпляру. Чтоб со мной нельзя было поступить так, как с Морозовым.

— Это кто? Который написал статью «Покой нам только снится?» — уточнил подполковник.

— Он самый. Турнули его из газеты с волчьим билетом. А у него жена, двое детей и мать больная на руках. До сих пор перебивается подачками на радио и телевидении… Беднее церковной крысы.

В комнату заглянула Дагурова.

— Заходите, Ольга Арчиловна, — пригласил ее Латынис.

 — У Вадима есть что вам рассказать.

— А хочет? — спросила следователь.

— Наконец-то душу отведу, — с отчаянной решимостью сказал Снежков. — Только разрешите стопарик…

— Потерпи уж, — сказал Латынис. — Сначала облегчи душу, а потом можно и тело…

Сообщение с поста наблюдения прозвучало, когда Латынис ехал по тихой зеленой улочке.

— «Второй», — послышалось сквозь треск рации, вмонтированной в приборный щиток, — говорит «Седьмой». Во двор Жирного въехала «скорая помощь».

Рафик, номер двадцать один — семьдесят пять ЮЖР. Как меня слышите?

— «Седьмой». «Второй» слышит, — ответил Ян Арнольдович, разворачивая «Волгу» в обратном направлении. — Продолжайте наблюдение, будем выяснять, с кем там плохо. Как поняли?

— Понял вас, «Второй», — отозвались в эфире. Сообщение взвинтило подполковника. Понять это состояние мог бы только свой брат, оперативник.

Шли третьи сутки наблюдения за роскошным особняком Жирного — так зашифровали Ступака по предложению Ветлутина.

С Валерием Ивановичем Ян Арнольдович расстался буквально десять минут назад. Ветлугин, что говорится, дневал и ночевал в управлении. По оперативным данным, Ступак что-то затевал. Теперь майор тоже небось насторожился…

— «Второй», — словно прочел он на расстоянии мысли Латыниса, — говорит «Третий». Не нравится мне этот визит «скорой». Связываюсь с городской станцией…

— Добро, — откликнулся Ян Арнольдович, даже не называя свой шифр: начальник отдела конечно же узнал его.

 — А я постараюсь быть поближе к Жирному.

На Южноморск опускался ласковый, теплый вечер. Улицы были полны народу. В парке, мимо которого проезжал Латынис, огромная толпа любовалась фонтаном со светомузыкой.

— «Второй», — минуты через три снова заговорил Ветлугин, — по ноль три из дома Жирного вызова не поступало.

Голос у Валерия Ивановича был напряженный.

— «Третий», — сказал Латынис, <<Второй» вас понял.