Как раз когда я собиралась прошептать еще одно спасибо, в дверь постучали. Мэдди пошла открывать ее. Она отошла в сторону, когда Исаак и Лев вошли внутрь.
При виде меня они оба остановились, и я почувствовала, как мои губы растянулись в улыбке.
«Посмотри на себя», - сказал Исаак, выходя вперед. «Ты прекрасно выглядишь, Айла».
Он обнял меня, и я обняла его, прижимая так же крепко. «Ты так сильно напоминаешь мне свою мать. Она бы так гордилась тобой, Айла, - прошептал он мне на ухо, прежде чем отстраниться.
Мои глаза защипало, но я быстро сморгнула слезы.
Когда Лев обнимал меня, я изо всех сил старалась не заплакать.
«Ты готова?» - спросил он, отстраняясь. Я кивнула и посмотрела на себя.
«Насколько я могу быть готова», - пробормотала я. «Алессио готов?»
Они оба усмехнулись и приподняли бровь. «Как ты думаешь? Он был готов уже несколько часов назад и стал очень нетерпеливым. Ребятам пришлось запереть его в комнате, чтобы он не увидел тебя, - со смехом объяснил Лев.
При этой мысли вырвался смешок.
Я могла только представить. Алессио был невозможным. Что ж, это было преуменьшение.
«Пора, Айла», - сказал Исаак.
Глубоко вздохнув, я кивнула. На дрожащих ногах я сделала шаг вперед, но меня остановила рука Льва.
«У нас есть кое-что для тебя», - сказал он. Мои брови нахмурились, когда я посмотрела на него в ожидании.
Тогда я заметила, что каждый из них держал в руках небольшую подарочную коробочку. Ой.
Исаак вышел вперед первым и открыл мне коробку. Внутри я нашла пару серег с кристаллами в форме капли.
«Это были твоей матери. Это единственное, что у меня есть. Я считаю, что теперь они должны быть твоими».
Я смотрела на серьги с открытым ртом. «Это может быть для тебя что-то старое. Если у тебя еще нет.»
Я безмолвно покачала головой. «Нет, у меня нет», - пробормотала я, снова глядя на Исаака. «Вы уверены, что хотите, чтобы это было у меня?»
Он кивнул и протянул мне серьги. «Спасибо», - прошептала я, чувствуя себя настолько переполненной эмоциями, что едва могла говорить.
Я сняла серьги и надела те, что подарил мне Исаак, серьги моей матери. Когда они были на месте, у меня на сердце стало тяжело, а в животе кружились бабочки.
Это было единственное, что у меня было от матери, и я впервые почувствовала себя рядом с ней. Было такое ощущение, что она была здесь, наблюдала за мной. Закрыв глаза, я представила себе это.
Я представила ее в белом платье, стоящую позади Исаака, улыбающуюся мне, ее глаза полны любви.
