Остальной народ — женщины, бабки, девчонки и мальчишки, много совсем маленьких детей, почти у каждой бабы на руках имеется кулек с младенцем.
Да, одеты все просто и однообразно, явно, что такое же время на дворе, как и в Сатуме. Немного развитое, но все же дремучее средневековье.
Я иду в имеющейся у меня натуральной одежде, синтетику снял и спрятал в рюкзаке, на ногах ботинки, в руках рюкзак, второй за спиной. Лицо еще не обзавелось усами и бородой, как у того же кузнеца, еще у меня на голове модная короткая прическа из модного салона для сильно обеспеченных посетителей нашего времени.
Народ же мужской весь стриженный под горшок, мужик с окладистой бородой, раненый парень с бородкой — не видно как пострижен из-за шлема, напяленного по самые брови. Бабы и девки — все с покрытой головой, в легких платках, одеты по-деревенски. Прямо, как в Сатуме одеваются крестьяне, вот и еще один кирпичик в копилку теории общего происхождения жителей обоих континентов. Хотя и так общий язык это показал мне весьма наглядно.
Я спокойно прохожу мимо мужика и девчушки, приближаюсь к толпе народа и по-старославянски размашисто кланяюсь в пояс:
— Гой еси, люди добрые, — говорю знакомую откуда-то фразу и добавляю на корли:
— Рад, что встретил такой достойный народ. Меня зовут Ольг.
Народ, в основном женщины с детьми, задумчиво смотрит на меня и явно не знает, что сказать. Зато раненый парень подходит поближе, опускает арбалет с луком из дерева и спрашивает:
— Кто ты такой и почему здесь ходишь?
Понимаю я его через слово, но смысл вполне ясен, поэтому я сразу обозначаю себя и свою жизненную позицию:
— Я есть — Защитник, защитник всех слабых и обездоленных! — говорю я так, чтобы слышно было всем.
— Где же твое оружие, защитник? — задает логичный вопрос раненый, не скрывая недоверия.
Без копья, меча или лука с арбалетом защитники тут долго не выживают. Как и без доспехов, впрочем очень дорогих на этом этапе общественного развития.
— Оружие мое во мне, силы великой, — достаточно скромно обозначаю я свою жизненную позицию.
— Говорю на вашем языке я плохо, но понимаю немного.
— Откуда ты пришел? Из Святой Земли? — следует новый вопрос, уже от кряжистого мужика, пока и не думающего опускать копье.
Ого, здесь и такая местность имеется, прямо как в нашей земной истории.
— Нет, не из Святой Земли, я пришел с гор, — кратко отвечаю я, начиная закладывать фундамент своей легенде и историю появления в этих местах.
