Да, теперь я здорово зажат с двух сторон, паренек тоже вцепился мне в рукав и контролирует правую руку. Самое время пугаться, однако я просто смотрю, куда мы едем.
— Может, поговорим? — предлагаю я.
— На месте поговорим, — отрезает курносый, который, похоже, тут старший.
И мы просто едем в какое-то присмотренное безлюдное место.
Ну, есть еще вариант, что меня таким образом позвали с кем-то совсем крутым для интересного разговора встретиться. Эти в машине пока на таких не тянут, как мне кажется.
Ладно, доберемся и проверим, кто тут из нас крутой окажется.
В этом безлюдном месте ждет бандитов большой сюрприз. Но сначала придется им дать себя проявить, как совсем нехорошим людям, чтобы мне самому проще оказалось нарушить закон.
Тем более, попутчики пока дисциплинированно молчат и внимательно смотрят, чтобы я не попытался вырваться. И мои соседи, и курносый мужик спереди, даже водитель, бородатый мужчина восточного типа, поглядывает на меня через дополнительное зеркало.
Однако вырываться и раздавать сюрпризы мне еще рано, необходимо правильно провести разговор, чтобы кое-что для себя понять.
Проезжаем Партизанскую, потом Энергетиков, поворачиваем на Ириновский проспект и Рябовское шоссе, объезжаем Пороховское кладбище и уже по незнакомой мне дороге пересекаем, кажется, Охту. Машина поворачивает направо с узенькой дорожки, катится по плохой дороге очень осторожно, часто цепляет днищем и глушителем неровности дороги, ведь нагружена живым товаром под завязку. Впереди виден берег и тупик, однако еще один резкий поворот, и мы наконец останавливаемся.
С боков и за спиной густые кусты, напротив после крутого съезда в воду тоже видны только они. Самое такое глухое место, где со мной могут сурово поговорить, как я понимаю. Без свидетелей. И тогда кричи не кричи, никто не поможет.
Даже надеюсь, что никто не поможет в самом деле, сколько бы не кричали мои спутники.
— Приехали? — так же спокойно спрашиваю я и вижу, что мое спокойствие не нравится никому в машине.
Я уже должен сильно бояться и просто трястись от ужаса, очутившись в безвыходной ситуации.
Паренек отвешивает мне жесткий подзатыльник, также контролируя правую руку. Слева мне тоже прилетает по затылку. Становится немного обидно и досадно, но это хорошо, парни себя загоняют в неподъемные долги уже сами.
— Говорить будешь, когда я тебе разрешу! Понял? — угрожающе спрашивает курносый.
Ну, начался наезд, теперь из себя всемогущего бога будет разыгрывать, которому нельзя возражать.
