Магацитлы

– Что такое слингер? Для чего он предназначен? И кто его оставил на Марсе?

– Слингер – это масштабный топологический преобразователь континуума.

– А попроще?

– Компактификатор метрики.

– А еще проще?

Пауза.

– Генератор свертки измерений. В разговорах моих хозяев его иногда называли «отсекателем Ветвей».

– Ладно, пусть будет «отсекатель». Какие такие ветви он отсекает?

– Инварианты Дендроконтинуума.

Лось хмыкнул.

– М-да, мы говорим на разных языках. Ладно, проехали. Кто его оставил на Марсе?

– Данный слингер является активированным дриммером, инструментом Судьи прошлой Игры, закончившейся сто сорок семь циклов назад.

Судья оставил его в хроноскладке по неизвестной мне причине, но слингер был найден потенциальным Игроком и «закопан» в искусственно созданном инварианте. – Собеседник помолчал и добавил: – Цель мне неизвестна. Я всего лишь инк-оператор сторожевой системы с целевой функцией.

– Тьфу! – в сердцах сплюнул Лось. – Ничего не понимаю! Какая игра?! Какой судья?! О чем вы говорите? О футболе, что ли?

– Нет, имеется в виду надвременный катарсис Дендроконтинуума, инициированный кем-то из его создателей…

– Все! Ни слова больше! Чем больше вы объясняете, тем больше я глупею.

Я понял, что этот ваш «отсекатель» что-то отсекает, какие-то ветви, этого достаточно. Помогите мне найти тех, кто пришел сюда раньше, и я отстану от вас.

Короткое молчание.

– Я к вашим услугам.

Ни тени обиды, те же вежливые интонации, тот же бесплотный голос, принадлежащий, очевидно, не человеку, а машине.

Колодец закончился.

Лось оказался в небольшом кубическом тамбуре с закругленными углами. Стенки тамбура излучали нежное опаловое сияние.

– Вот это мне нравится… – начал было Лось, не видя никаких дверей или отверстий, и не закончил.

В стенке напротив сам собой образовался светящийся овал, твердая на вид часть стены внутри него растаяла, открывая проход. Снова сработала встроенная в каркас Посоха служба, угадывающая желания гостей и хозяев. Эта «служба» называлась «автоматика» или «компьютеризированная система обслуживания», но сын своего века и своего мира Мстислав Сергеевич Лось этих терминов не знал и знать не мог.

Зато как опытный классный инженер оценить работу механизмов Посоха (слингера, мать его!..) мог.

– Отлично обустроено, – проворчал он. – Нам бы такую технику…

Новый коридор, овальный в сечении, привел его к длинному и узкому, как щель, проходу между сумрачно-фиолетовыми многогранными глыбами, в толще которых просверкивали рубиновые нити и звезды.