Магацитлы

Последним усилием он рванулся за краем ее черного плаща, но вспышки выстрелов, тупые удары в грудь отшвырнули его назад, к золотой дверце пещеры…

Рыдание потрясло сухое тело инженера. Он вонзил пальцы в грудь, сохранившую пулевые ранения, словно пули сидели еще там.

Послышалось покашливание.

Лось вздрогнул, очнулся, встретил заинтересованный взгляд Высокого. Молча повернулся и вылез через пролом наружу. Скулящий тихим голоском домоуправитель остался в комнате Аэлиты. Наверное, он сошел с ума.

Еще с час Лось обследовал жилище Тускуба в надежде отыскать хоть какие-то следы пребывания Аэлиты, указывающие на ее судьбу.

Нашел ее куклу – мягкую статуэтку Магацитла с белыми волосами, стеклянный шарик с искрами внутри. Но эти вещи ничего не могли рассказать о своей хозяйке. А записки – где ее искать – Аэлита не оставила. Впрочем, запиской мог послужить костяной валик фонографа, вложенный в устройство считывания, тот, который хранил изображение пещеры и фигурки женщины. Лось вынул его и забрал с собой.

Угрюмый, возбужденный, он обошел усадьбу, вспоминая беседы с марсианкой в саду, на берегу озера и на лестнице. Высокий его почему-то не торопил. Он не принимал участия в поисках, с любопытством осмотрел рухнувшие статуи спящих Магацитлов, нашел золотую маску с третьим – фасетчатым – глазом во лбу, затем статуэтку из серого металла, изображавшую царицу Магр, и вернулся с находками к лодке.

Лось наткнулся на паука, в ярости расстрелял его и тоже вернулся.

– Летим к Священному Порогу.

Высокий спрятал статуэтку и маску в портфель, пожал плечами.

– Как скажете, Мстислав Сергеевич. Пока это соответствует моим планам.

Взлетели. И тут же были вынуждены решать, какую тактику выбирать: из сверкающей мглы на востоке возникли силуэты двух воздушных кораблей. Двигались они в направлении на Тускубовы владения.

– Попробуйте оторваться, – посоветовал Высокий равнодушно. – С какой скоростью могут летать эти монстры?

– Точно не знаю, но думаю, километров под сто в час.

– А наша посудина?

Лось молча утопил штурвал.

Лодка затрепетала, разогналась. Засвистел ветер в крыльях и в хвостовом оперении. Скорость достигла восьмидесяти километров в час, потом девяноста, доползла до ста. Воздушные корабли марсиан – оба с шестью вертикальными винтами – заметили убегающий аппарат, повернули за ним. Некоторое время дистанция сохранялась. Лось добавил тяги.

Сто пять километров в час, сто десять…

Корабли начали отставать. Один свернул, остановился.