Магическая Москва

Убить себя д-дважды.

– В первый раз почти получилось, ясно? И да, я думал, что, может, и ну его… Но Ноль мог сдать меня предкам, и они бы меня запихали в дурку. Они и так хотели, но я сказал, что передоз – случайность, и они отстали. А если бы решили, что я, ну, этим занимаюсь… Кранты. А если бы получилось, то я мог бы показать им свои возможности, помочь в бизнесе… – усмехнулся Ярослав. – Получилось. Но моя помощь им не нужна.

– Зато Нолю п-пригодилась.

Ярослав на несколько секунд прикрыл глаза, словно признавая свое поражение.

– Да. Я научился делать то, что он просил. Не сразу, но научился.

– Но вы рассорились, – заметил Павел, – и так, что ты своего д-друга и наставника б-боишься д-до чертиков.

– Я делал то, что он просил. Не задавал вопросов раз, другой, третий… Если отцу не нужны мои таланты, то помогу тому, кому нужны. А потом увидел в сети заметку, что на месте, куда я направлял такси, нашли тело. Я не убийца, ясно? Я написал Нолю и сказал, что выхожу из игры.

Он в ответ сказал, что зайдет ко мне, когда не будет семьи. Я посмеялся – они-то всегда дома… Но один раз утром, когда мать уехала с младшими, а отец куда-то направился по работе, я обнаружил у себя в доме парня. Худой такой, щуплый. Надкусил зачем-то пирог, потом – пару бутербродов, которые мне оставили на столе. Я пока телефон достал, пока начал набирать номер полиции… А он взял – и стал девушкой. Я чуть в обморок не упал! А он сказал, что или я затыкаюсь, делаю как раньше и получаю свои бабки, или он меня сдает с потрохами особистам и там мне черная метка светит. Я пока в себя приходил – он и свалил.

Инга, пытавшаяся разобраться в вязи чувств за словами, заметила, что парень остановился. Рано остановился.

– Ты недоговариваешь, – надавил Павел, – если ты все еще рассчитываешь скрыться за «я не знал» и «меня заставили», то тебе п-придется все хорошо объяснить.

– А что объяснять? Куда мне идти – сюда, что ли? Чтобы потом выяснили, что я тут такой весь запрещенный по городу разгуливаю, и тогда или всю семью на цепь, или прости-прощай семейное дело?

Эмпат фыркнула.

Да, этот Ярослав действительно думал о семье. Но о себе он думал больше. Думал о себе – и обрек на смерть одного за другим восемь человек, которых ничего не подозревавшие таксисты привезли прямо в лапы к смерти. Хорошо просто жать кнопки и думать, что ничего страшного не происходит.