Магическая Москва

Боюсь, я в оценке проектов мало помогу, – невесело улыбнулась эмпат, – но могу сходить за чем-то более питательным, чем кофе.

– Пошли, – Кюн поднялась на ноги, – во «Вкусное место», оно через дорогу. Не напрягайся так, нам же не запретили выходить из здания, верно? В столовке все равно уже ничего приличного не осталось. Дема, пельмени будешь? Я угощаю. И без порции с сюрпризом, обещаю!

– У тебя же денег, по собственным словам, нет, – сузил глаза аналитик, – выпросила-таки в долг?

– Не, отец вчера перевел, – усмехнулась Кюн, – он наверняка хотел отправить брату, но промахнулся номером и не сумел это признать.

Аналитик снял очки, медленно протер их и сказал с укоризной:

– Вы хотите улизнуть за едой и оставить меня одного работать.

– У тебя лучше получается. Намного! – Кюн отпираться не стала.

– Ладно, идите, – смирился с неизбежным Демыч.

Инга чувствовала, что аналитик не слишком хотел их отпускать… Но и от пельменей не готов был отказываться.

– Пошли, Инга. Покажу, где лучше всего проматывать получку, – Кюн подмигнула и направилась к выходу из комнаты.

– Ничего незаконного и опасного, просто хорошее место буквально через дорогу. Уверена, никто возражать не будет. Пошли, или куплю тебе на свой вкус.

Инга вздрогнула, ощущая за этими словами предвкушение хорошей шутки. Она поднялась из-за стола, чувствуя, как мышцы протестуют против долгого сидения, и направилась за оборотнем.

Немного узких коридоров, не знавших ремонта, холл, где на ремонте сэкономили – и вот они выбрались на свежий воздух. Кюн предусмотрительно показала охраннику куда-то через дорогу и тот, явно поняв, о чем речь, кивнул.

– Ты это, извини, – Щен направилась к пешеходному переходу, – если смутила. Насчет образования и все такое. Я тоже, знаешь, университетов не заканчивала. Просто ляпнула вслух, подумав, что смысл из этого секрет делать? Коль ты с нами будешь работать.

Инга пожала плечами. Кюн не то передумала расстраиваться из-за своего возможного увольнения, не то что-то от кого-то услышала и смирилась с ее, Инги, присутствием. Эмоции оборотня, пробивавшиеся через каждое слово десятком непохожих друг на друга образов, с трудом поддавались расшифровке.