Магическая Москва

И эта самая защита сломалась п-после того, как ты вновь попала п-под негаторное п-поле, п-пока Андрей сдерживал накопитель у Ноля в руке и энергию П-Призм в макете. Запертая п-прежде энергия рванула в тело, а тело ей радо не б-было – и тебе стало п-плохо. Но п-после стабилизации б-боли б-быть не должно.

– Все нормально, – Инга кивнула. Потом, помявшись, добавила: – спасибо!

– Я слышала… Целительница ведь возражала против… чего-то. А вы… ты настоял.

Сам виноват. Недосмотрел, недослушал. Упустил Ноля.

Да что уж – когда при первой встрече ядро сканировал, мог бы и заметить блок, на чувствительность-то никогда не жаловался. Разглядеть такое сложно, но все же возможно, если знать, что искать. Вдвоем с Алисой могли бы и найти. И стоило, стоило озаботиться поиском того, что помогло Инге сбежать во время выкачки энергии, а не успокаивать себя версией с неправильной настройкой Призмы. И после котельной нужно было проверить все более тщательно …

Ответственный маг, м-да.

Вслух Павел ответил другое:

– Есть п-протоколы лечения, и целители их п-придерживаются.

Там много ограничений, п-призванных п-помешать д-даже минимально возможному вреду д-для окружающих. Но я хотел п-помочь, и я мог это сделать, вот и все. Не б-бери в голову.

– Все равно спасибо. Вы… – Инга помялась, но продолжила: – этот блок… Мои родители, они… чего-то испугались? И поэтому отдали меня в приют, так?

Павел пожал плечами, толком не зная, что сказать. Он не мог, не солгав, развеять тревоги, а лгать эмпату не имело никакого смысла.

Подумав, маг решил высказать то, что думал:

– Чего не знаю – того не знаю. Но, между нами: я не д-думаю, что Виталик, зная, что у него есть д-дочь, устроил б-бы все, что устроил. И неважно, б-была б-бы ты магом, магиком или обычным человеком. Он б-боролся за свои идеи, он п-проиграл, но он никогда не б-был кровожадным чудовищем, не б-был алчным или властолюбивым. Он б-был молод, Ин, и верил, что д-делает мир лучше. П-предполагаю, что это твоя мать хотела спрятать тебя от мира, как умела, б-боясь, что с тобой могут сделать что-то п-плохое.

Я не знаю, кто она, но п-постараюсь п-помочь найти ее.

– Ноль говорил, что знает моих родителей. Если он расскажет правду о них, то выходит, что вас… тебя могут обвинить… Во лжи?

На это Павел мог ответить с куда большей долей уверенности:

– Ноль обвешан ментальными П-Печатями, как собака репьями. Не уверен, что он что-то расскажет.