Дважды мне повторять не пришлось, и я опустилась в глубокое бархатное кресло напротив ректора. Теперь нас разделял лишь стол.
Я принялась жадно изучать черты его лица, сравнивая со своими. Серые глаза – у меня голубые, нос с горбинкой – мой прямой. А вот кончики ушей похожи, такие же острые. Я даже слегка привстала, чтобы получше их рассмотреть.
Мой нездоровый интерес не укрылся от Тониуза. Он смущенно кашлянул и почесал подбородок.
– Мари, мне передали, что вы просили встречи со мной. И я нашел для вас время в своем плотном графике.
– Да, благодарю…
Глаза жадно продолжали изучать лицо ректора в поисках чего-то знакомого и, как мне казалось, даже находили. Тониуз же начинал злиться.
– Вы, должно быть, хотите поговорить о принце Рейне? – проговорил он слегка раздраженно. – До меня доходили слухи, что вы сдружились. Его исчезновение – огромная потеря не только для всех в этой Академии, но и для всех в Ларне. Но уверен, законники отыщут его.
– Эээ, да. То есть нет, – пробубнила я, окончательно выводя ректора из себя.
– Так, что же вы хотели?
Я, наконец, нашла в себе силы оторвать пристальный взгляд.
– Мне нужно вам кое-что рассказать.
– Внимательно слушаю.
Я нервно сглотнула, осознавая, что дороги назад не будет, и выпалила.
– У меня такой же дар, как и у вас. Думайте, я ваша дочь?
Пальцы ректора замерли на полпути к подбородку. В глазах за мгновение промелькнул весь спектр эмоций: недоверие, удивление, испуг. Его лицо побледнело, морщины на лбу стали глубже.
– О каком даре ты сейчас говоришь? – голос прозвучал хрипло, срываясь.
– О даре перемещения. Я тоже так могу. Однажды смогла, – быстро добавила я. Вдаваться в подробности не хотелось.
Но Тониуз их и не требовал. Он уставился на меня тяжелым, немигающим взглядом, словно решая, что со мной и со всей этой информацией делать.
Мы будто поменялись местами. Теперь он пялился на меня. Я же терпеливо ждала ответа.
– Ректор Тониуз? – деликатно спросила я, когда пауза затянулась. – О чем вы задумались?
Ректор кашлянул, выводя себя из транса.
– Понимаешь ли, Мари, – осторожно начал он. – Мои перемещения были в разные, порой опасные и далекие, места. И они не всегда проходили гладко. – Я нахмурилась, не понимая, к чему он ведет. – Иногда события, которые происходили со мной, стирались из памяти. Закончилось все и вовсе печально, мой дар исчез. И я лишь смутно помню, что послужило тому причиной.
– То есть, вы не знаете, могу ли я быть вашей дочерью? – выхватила я главную мысль.
