Магическая Экспедиция

Вспомнила, что последний раз дело было в уже сгоревшей таверне, когда Владыка порекомендовал посмотреть на себя, собственно, в зеркало. — Дня три назад, в таверне «Земец», если не ошибаюсь.

Маг глянул на свое кольцо: оно подтвердило правдивость моих слов.

— Ясно, — мрачно сказал маг. — А «Земец» — это где?

— На юг, — подсказала я. — Прямо на юг. Но по тракту-то будет дня на три дольше, а так на юг, да.

Маг сильно скривился, после чего, даже не поблагодарив, а впрочем, и не за что было, развернулся и ушагал.

Вскоре он уже мчал на красивой гнедой лошади по тракту прочь, видимо, намереваясь добраться до ныне уже не существующей таверны.

На этом неожиданные остановки не закончились. Стоило нам шагов на двадцать отъехать, не больше, как догнал нас уже магистр Тессорд. Глава всех боевых магов Любережи крикнул «Стой», а затем, размашистым шагом и отпугивая всех багряно-алой мантией, приблизился к нам, дернув головой, откинул светлые с проседью пряди с лица и произнес почти шепотом:

— Спит?

Мы на это даже не ответили.

Что тут ответишь, если кое-кто даже посапывать взялся.

Магистр глянул на меня, на вольготно устроившегося головой на мне Вачовски, усмехнулся и, подкрутив ус, поинтересовался:

— Невеста?

Я испуганно замотала головой, отрицая даже намек на подобное, но, судя по взгляду, магистр Тессорд мне ни на миг не поверил.

— Вижу, вижу, дело молодое, — вновь подкручивая ус, со смешком произнес маг. А затем, вдруг став совершенно серьезным, тихо сказал: — Радович, как доедете до Трехголового, закругляйтесь и по тракту, не сворачивая, следуйте в столицу, оттуда в университет.

Письмо вашему ректору я уже отправил, посыльных к другим группам — также. С тракта не съезжайте. Все ясно?

Я неуверенно кивнула, а затем спросила то, что в принципе мог знать только этот человек:

— Магистр Тессорд, мертвяки все из одной деревни были?

В светло-голубых, почти прозрачных глазах мага промелькнуло что-то жутко напоминающее отчаяние, и магистр тихо ответил:

— Нет.

Помолчал, а затем добавил:

— По личному распоряжению лорда Энроэ вы в розыске, госпожа Радович.

Но я вас не видел. Доброго пути."

"И он отпустил телегу, а купец Ванко щелкнул кнутом, заставляя лошадей тронуться в путь. И мы начали отдаляться от измученных, покрытых ожогами и местами дымящихся еще вчерашних купцов, а ныне заточенных в отдельные железные клети преступников, от мертвяков, которых связали, погрузили в стазис и теперь везли, видимо, в столицу, для опознания.